От этих мыслей на глаза наворачиваются слезы, и я фыркаю, когда Рико протягивает руку, чтобы нежно потрепать меня по плечу. Мгновение спустя он выходит из машины и снова оказывается рядом со мной, подхватывая меня на руки. Но на этот раз я сопротивляюсь, и он ставит меня на ноги. Обняв меня за плечи, он ведет меня к дверям больницы. Он разговаривает с медсестрой, и нас быстро направляют в палату отца. Я не могу думать, не могу говорить, не могу даже представить, что нам предстоит увидеть. Но чувствую тепло Рико, прижимающееся ко мне, его комфорт, крепость его тела, когда я прислоняюсь к нему.
Слишком скоро стою перед дверью в палату отца, заглядываю в окно и вижу, что под простынями в больничном халате он выглядит хрупким и бледным. Рико стучит в дверь, и мама поднимает взгляд от своего места, где она сидит, охраняя моего отца. Она сразу приглашает нас войти, и Рико открывает дверь, проводя меня в комнату.
Я могу только смотреть на отца, пока мы приближаемся, и думать, каким маленьким и бледным он выглядит. В последний раз, когда его видела, он так не выглядел, я уверена. Я не могу сдержать слез, и Рико прижимает меня к себе, пока я позволяю эмоциям выходить наружу. Мама подходит и обнимает меня, а я протягиваю руку, чтобы коснуться папиной ноги.
— Что случилось? — Мягкий вопрос Рико — тот вопрос, который я хочу задать, но не могу озвучить.
Мама отвечает низким голосом.
— Они думают, что это сердечный приступ.
Я, наконец, вижу это: все провода, прикрепленные к нему, выходят из-под халата и подключены к аппарату, из которого непрерывно вытекает бумага. Пока я смотрю на него на больничной койке, в моей голове всплывают давно забытые воспоминания о сестре.
Я забыла о том дне, когда она умерла. Теперь начинаю вспоминать. И вся эта боль и обида нахлынула на меня с удвоенной силой. Ведь я потеряла не только ее, но и отца. Мама прижимает меня к себе, а Рико молча поддерживает.
Я не могу так поступить. Больше нет.
С ним все должно быть хорошо, другого выхода нет.
Пока мама прижимается ко мне, а Рико стоит рядом, осторожно поглаживая одной рукой мое плечо, а другой — бок, я начинаю собираться с духом, понимая, что слезы ничего не исправят и мне нужно быть сильной для своих родителей, как всегда и поступала.
Когда удается взять себя в руки, мама испускает дрожащий вздох.
— Так кто же этот замечательный джентльмен? — Она бросает взгляд на Рико, и я не могу не улыбнуться. Конечно, она хочет сделать этот момент как можно более нормальным. А что может быть более нормальным, чем надежда моей мамы на то, что в моей жизни появился мужчина?
— Это Рико. — Я не знаю, как и кем его представить.
Я знаю, что мы договорились, он мой босс и что это не более чем дружба, но также помню боль в его глазах, когда я произнесла эти слова, и как у меня возникло чувство, что я сказала что-то не то.
К тому же близость наших отношений все усложняет.
Конечно же, Рико, как всегда в своем репертуаре, выходит вперед и пожимает маме руку.
— Очень приятно познакомиться. — Он произносит эти слова с тающей в сердце улыбкой, и моя мама, кажется, очарована его обаянием, а затем бросает на меня взгляд, который говорит, что тебе лучше оставить это.
— И мне очень приятно. Хотела бы я, чтобы мы встретились при лучших обстоятельствах. — Мама оглядывается на отца на больничной койке.
— Ну, это кажется поэтичным, что у меня для него есть это. — Рико подходит и ставит коробку на прикроватную тумбочку моего отца.
Отец смотрит на подарок, затем на Рико.
— Дар времени для человека, который, возможно, исчерпал его?
— Подарок времени для человека, у которого его останется предостаточно. — Спокойный тон и нежные слова Рико вызывают улыбку на губах моего отца.
— Ты, конечно, милый болтун. Теперь понимаю, почему ты нравишься моей дочери. — Я стою, наблюдая за обменом мнениями между этими двумя, и думаю, как мне выкрутиться, когда их разговор закончится.
— Рико, пожалуйста, выйдем на секунду? — Я произношу эти слова как вопрос, но это совершенно не так.
— Конечно. — Он обнимает меня за спину и направляется со мной к двери. Как только мы выходим в оживленный коридор, он поворачивается ко мне лицом. — Прошу прощения, если я перегнул палку.
— Вовсе нет. Ты определенно сделал папу счастливым. Я просто беспокоюсь о том, что они подумают о нас. — Не знаю, как сказать ему, что моя мама надеется, что я встречу мужчину, остепенюсь и рожу ей внуков. Кажется, еще слишком рано для таких разговоров, да и Рико не такой человек. Я могу только надеяться, что он понимает, что она такая же мама, как и все остальные, и что ее предположения будут именно такими, каких мы можем ожидать.
— Если хочешь, могу все разъяснить. — Он произносит эти слова, глядя мне в глаза, и я чувствую, как мое сердце трепещет, а затем начинает колотиться.
Не совсем понимаю, что он имеет в виду, и у меня не хватает духу спросить.
— Пока что давай оставим все как есть и обойдемся без ярлыков. — В том состоянии, в котором я сейчас нахожусь, мне не нужны разговоры о взаимоотношениях с мамой и госпитализированным отцом.