Встав на колени, я держу член в одной руке, а ее клитор зажимаю двумя пальцами другой. Мое сердце бешенно стучит, когда я смотрю на эту картину.
— Покажи мне свои красивые сиськи, — командую я.
Ее глаза заволокло пеленой, щеки пылают, пока Джули возится с пуговицами на лифе платья. Распахнув его, она обнажает свою грудь передо мной и выгибает спину, предлагая себя.
На ней нет бра. Ее соски твердые, розовые, и им невозможно сопротивляться.
Я наклоняюсь и обхватываю один губами.
Она всхлипывает. Стонет. Вонзается пальцами в мускулы моих плеч. Я скольжу головкой члена по ее влажным складкам, пока Джули не начинает стонать и умолять о большем.
Тогда я поднимаюсь, сбрасываю туфли, срываю с себя одежду и стягиваю с нее платье. Сев на край постели, я притягиваю Джули на свои колени так, чтобы ее ноги сцепились за моей спиной. Целуя ее, направляю свой член внутрь ее скользкого тепла.
Она крепче обнимает мои плечи и стонет мне в рот.
И начинает жестко и быстро скакать.
Я дергаю Джули за волосы, и она откидывает голову. Пока Джули скачет на моем члене, я целую ее горло. Ее сиськи ударяются о мою грудь, и она издает эти короткие, женские звуки удовольствия, отчего я начинаю чувствовать себя каким-то диким животным.
Выдыхая мое имя, она крепче обхватывает меня руками и ногами, и я теряю контроль.
Я перекатываю Джули на спину и, кусаю в шею, кончая в нее так сильно, что вижу звезды.
Ее лоно ритмично сжимается вокруг моего члена. Джули вздрагивает и кричит подо мной. И я продолжаю наслаждаться. Волна за волной я иизливаюсь в нее, потеряв голову. Моя кожа влажная от пота. Каждый мускул в моем теле напряжен.
Потом мы снова целуемся. Глубокие, восхитительные поцелуи смешиваются с мягкими стонами, пока наши оргазмы угасают и переплетенные конечности расслабляются.
Когда я, наконец, открываю глаза и смотрю на нее, вижу, как она лежит подо мной с блаженным выражением лица, закрытыми глазами, порозвевшими щеками и небольшой, но довольной улыбкой.
Улыбка держится около двух секунд.
Затем ее глаза распахиваются, сама она сжимается и в ужасе, судорожно втягивая воздух, смотрит на меня.
Блядь.
— Прежде чем ты начнешь бросаться в меня оскорблениями, позволь мне заверить тебя, что я не планировал этого, — оправдываюсь я. — Я просто увлекся.
Так и есть, но она мне не верит. По выражению ее лица могу сказать, что она думает, будто я заманил ее в ловушку и там оттрахал.
— Наверное, сейчас не самое подходящее время напомнить тебе, что ты тоже увлеклась?
— Сейчас неподходящее время тебе вообще что-то говорить, гангстер. Тем более что-то подобное.
Она толкает меня в грудь и пытается выбраться из-под меня. Я игнорирую эти попытки, продолжая находиться внутри нее.
— Посмотри на меня.
Джули смотрит на меня взглядом острее лезвия бритвы. Я смотрю в ответ.
— Когда у тебя были последние месячные?
— О, решил записаться в мои гинекологи? — хмыкает она.
— Если будешь умничать и дальше, я буду шлепать тебя по заднице, пока она не покраснеет, а мою ладонь не начнет жечь. Ответь на вопрос.
Она добивается моей смерти. Господи, того и гляди просверлит дыру в моем мозгу. Если бы ее глаза были заряженными пистолетами, я был бы изрешечен пулями.
— Чуть больше трех недель назад.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
— У тебя регулярные месячные?
Она закрывает глаза и бормочет:
— Божечки.
— Просто ответь на чертов вопрос.
— У меня регулярные месячные, — вздохнув, докладывает она.
Я нежно целую ее в губы.
— Значит, у тебя лютеиновая фаза.
— Я никогда в жизни даже не слышала этого термина. О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Я говорю, что ты, вероятно, не забеременеешь.
— «Вероятно» не означает «точно».
— Это точно. — Мы пялимся друг на друга, пока я не нарушаю тишину: — Что ты думаешь о близнецах?
Ее лицо бледнеет.
— Понимаешь, в моей семье есть близнецы.
Она продолжает в ужасе на меня таращиться.
— Я просто спросил. Не смотри на меня так, словно вот-вот потяряешь сознание.
— Т-ты не можешь... ты не можешь так говорить про…
— Что? Что ты можешь забеременеть от меня?
— Да!
Я снова целую ее.
— Единственной проблемой, с которой мы можем столкнуться – это проблемы с твоим темпераметном из-за бушующих гормонов беременности. Полагаю, это будет ужасно. Мне придется оформить дополнительную страховку. И нанаять еще несколько телохранителей.
Она в ужасе.
— Это не смешно!
— Да, милая, это не смешно. Такова жизнь. Беспорядочна, сложна и, иногда, чертовски прекрасна. Если ты беременна, мы со всем справимся.
— Мы?
Я замираю. Мое сердце перестает биться. Я не рассматривал другие альтернативы.
Увидев выражение моего лица, Джули мягко добавляет:
— Не могу поверить, что собираюсь сказать это вслух, но спасибо, что оскорбился этим.
— Скорее ужаснулся, — хрипло сказал я. — Я словно получил нож в сердце.
— Прости меня. Я и не думала, что ты захочешь принимать участие... — Она замолкает, затем задумывается, потом вздыхает. — Ладно, может быть, предполагала. Хотя, мне до сих пор не вериться, что ты хочешь участвовать в воспитании. Ты, да с младенцем?
Потом она стонет и закрывает глаза рукой.
— О боже. Похоже на катастрофу.
— Или на чудо, — шепчу я.
