– Что случилось, пока меня не было? – когда немного пришла в себя, заговорила я с Нарой через стену, с отвращением косясь на отхожее ведро, источающее зловонный запах. Такие себе условия для откровенных разговоров, но ничего не поделать. Попала я под раздачу конкретно и надо думать, как выбираться!
– Я сама толком не поняла, как это произошло. Луэлла неожиданно пришла в себя, будто заранее знала, что нужно действовать быстро. В толк взять не могу, откуда у нее появились ключи от темницы. Собрала всю стражу, спустилась в подземелье и выпустила поганца с мамашей. А потом такое началось… – Нара замолчала и послышались всхлипы. Она горько плакала, а я даже обнять ее не могла, чтобы хоть немного утешить. – Колдер такого жене о тебе наговорил… – она снова ненадолго замолчала, а я примерно представила, какую лапшу опекун навешал на уши не окрепшей после болезни жене. И все же, даже учитывая все обстоятельства, меня сильно задели слова Луэллы. Я жилы рвала, чтобы спасти имущество и честь Чилтон, а меня за это помоями окатили! Обидно до зубного скрежета. – Меня они сразу сюда упекли. Прости, Дина, я пыталась достучаться до Луэллы и открыть ей глаза на мужа, но она ничего не хотела слышать. Еще и Карлота начала верещать, оправдывая сына.
– Не извиняйся! Ты бы одна ничего не смогла сделать, – стукнула я с досадой кулаком по холодной стене и прижалась к ней раскаленным лбом, чувствуя, как головная боль возвращается. – Меня удивляет, как Луэлла так быстро пришла в себя? И Почему сходу поверила мужу, не дав мне даже шанса оправдаться? Ты давно ее знаешь? Какая она была до помутнения рассудка? – а ведь и правда, находясь по уши в событиях и думках, как покрыть долги, я даже не создала портрет личности болящей со слов тех, кто ее давно знал. Наверное, изначально не верила в ее выздоровление и не воспринимала старшую сестру, как некое препятствие на пути к великой цели.
– Если честно, характер у нее всегда был скверный, – подтвердила мои подозрения Нара. – Я не думала, что Луэлла оправится после смерти родителей. Но так случилось и теперь она тебе точно не помощник, – сделала неутешительный вывод экономка. – Луэлла не ладила с отцом. Против его воли вышла замуж за Колдера. Они часто из-за этого ругались. Но старшая из рода Чилтон влюбилась окончательно и бесповоротно. Реджинальду ничего не оставалось, как одобрить брак и принять Колдера в род. Думаешь, почему он составил завещание на Джослин? В ней он души не чаял и всецело доверял. Очень жаль, что погиб до совершеннолетия дочери. Оттуда и все беды. Опека Колдера все испортила и убила несчастную девочку. Но я рада, что именно твоя душа явилась нам на помощь. До смерти буду за тебя стоять, Дина. Все грехи на себя возьму, лишь бы никто тебя не обидел. Ты доказала свою преданность роду, – растрогала она меня своей речью до слез.
– Значит, союзника в лице сестры мы точно лишились, – произнесла раздосадованно. – Одна надежда на Даррела.
– Хоть бы он успел, – кинула она настораживающую фразу.
– В каком смысле?
– Ты в смертельной опасности, милая. Я слышала, как Колдер с Карлотой обсуждали, что лучше от тебя избавиться, – у меня невольно мурашки по коже пробежали. А ведь и правда. Если меня не станет…
И словно в подтверждение моим мрачным мыслям, я вдруг ощутила запах дыма. Ринулась к двери и постучала в окошко.
– Нара! – заорала я в панике, все четче ощущая носом гарь.
– Они нас подожгли, – заключила она таким обреченным тоном, будто прощалась навсегда, смирившись со страшной участью.
– Ну уж нет! Не вздумай сдаваться! – умирать в столь юном теле я вовсе не собиралась, но дверь даже не скрипнула под моим натиском, а ведь я долбилась в нее изо всех сил.
Сквозь щели просачивался едкий дым, заставляя откашливаться. Я оборвала кусок ткани с юбки платья и приложила к носу, чтобы не угореть раньше времени. От страха все мысли улетучились и остался лишь голый инстинкт самосохранения. Я заметалась по камере в бессмысленном поиске другого выхода. А потом забилась в дальний угол, с ужасом наблюдая за тем, как пространство заполняется дымом.
– Не могу я так бесславно сгинуть, – шепнула себе под нос и замотала головой.
И тут меня резко, до боли в груди осенило!
– Архелия! – закричала я во всю глотку, вспомнив имя противного призрака старухи, и вскочила с места. – Архелия! Помоги! Спаси нас! – призывала я ее на надрыве, постоянно откашливаясь. Меня очень пугало то, что я совсем не слышала Нару за стеной. Вдруг она потеряла сознание? – Архелия, явись! – это уже был такой крик отчаяния, словно в предсмертной агонии.
И какого же было мое облегчение, когда дверь камеры медленно открылась, явив мне прозрачный образ злой старухи.
– Скорее! Там Нара! – выскочила я в коридор темницы, почти ничего не видя из-за дыма, который не понятно откуда клубился.
Одним лишь взмахом руки призрачная бабулька отрыла дверь в камеру Нары и женщина выползла наружу. Я подняла ее с пола и подхватила под руку.
