Бессердечное небо полностью

Но теперь, когда правда раскрыта, мы узнаем, что история, которую он рассказал на суде, была не чем иным, как ложью, чтобы защитить женщину, которую он любиь, и спасти ее от позора, заявив, что он Темным принуждением заставил ее вступить с ним в связь. Ложь, которая приковала его к двадцатипятилетнему заключению в тюрьме Даркмора и оставила его Опозоренным Властью и уничтоженным без тени сомнения. И все же сегодня мы узнаем о великой и невообразимой жертве, которую он принес ради принцессы Вега, чтобы сохранить ее имя чистым, возложив на себя бремя, о котором некоторые содрогнулись бы даже подумать.

С тех пор как он сбежал из-под домашнего ареста во Дворце Душ, на него обрушилась вся тяжесть этого позора, его имя снова и снова протаскивали по грязи, а окружающие его Фейри сторонились и высмеивали его. Но теперь, в диком повороте судьбы, звезды наложили узы на него и его единственную настоящую любовь, снимая позор с его души и освещая его за все, чем он пожертвовал ради своей Элизианской пары.

Дарси Вега смогла дать комментарии, заявив, что «Лэнс — самый преданный, благородный и самоотверженный человек, которого я когда-либо встречала, и для меня большая честь быть его Элизианской парой». Она также сказала, что «он для меня дороже самого солнца, и я проведу всю свою жизнь, любя его так, как он заслуживает того, чтобы его любили».

Я поднял голову и увидел, что Дарси улыбается мне, ее глаза яркие и полные эмоций, а у меня в горле встал ком.

— Ты это сказала? — спросил я, и она кивнула, наклонившись, чтобы мягко поцеловать меня в щеку.

— Я подразумевала каждое слово, — поклялась она, и я уставился на нее, потеряв дар речи, а затем посмотрел на Тайлера.

— Я надеялся получить от тебя комментарий, — спросил Тайлер. — Чтобы я смог опубликовать её к утру.

— Я не знаю, что сказать, — сказал я, откинувшись на спинку кресла и проведя рукой по волосам, в растерянности, мой разум все еще обрабатывал то, что это действительно происходит.

Я был свободен от своего позора, у меня есть самая невероятно удивительная девушка в статусе моего Элизианской Пары, и теперь весь мир узнает, что я не был каким-то монстром, который надругался над ней.

— Знаешь. — пробормотал Габриэль, глядя на меня со знанием дела, и я рассмеялся, когда слова дошли до меня.

Тайлер постукивал по своему атласу, пока я говорил, записывая их, пока я говорил единственное, что я мог сказать: «Я самый счастливый человек в этом гребаном мире».

Калеб

Празднование было довольно бурным, и я не мог не улыбаться, отчасти потому, что был чертовски пьян, но также и потому, что в кои-то веки все было хорошо.

Мой sanguis frater нашел свое искупление в узах Элизианской Пары, и я купаюсь в радости и любви, которые бросают в их сторону все повстанцы, поскольку они, казалось, мгновенно забыли, что он вообще когда-либо был Опозоренным Властью неудачником.

Хэмиш так сильно рыдал, что Каталина в итоге отправила его спать пораньше, и она даже не обратила внимания на волосатые шарики, которые Ксавьер нацепил ему на подбородок, как и было задумано Габриэлем. Массивные шары колыхались при каждом его вздрагивающем всхлипе, и я полагаю, что это справедливо в ответ на то, как он обошелся с моим кровным братом из-за Опозоренного Властью. У меня возникло ощущение, что Габриэль тоже так видит, поскольку он все время бегал по столовой с Орионом, указывая на него всем, и они то и дело смеялись, как маленькие дети.