На этот раз моя улыбка возникает сама собой. Мой школьный друг, Лэнс Хендерсон, возвышается надо мной, ухмыляясь, как гребаный псих, коим он, в общем-то, и является.
Я встаю, крепко жму ему руку и хлопаю его по плечу. Это наша своеобразная замена объятий.
– Дела отлично. Твои как? Как тебя сюда занесло?
– Был на родео неподалеку. Решил прокатиться по старым местам.
– Серьезно?
– Черт возьми, да! – он кивает на стол. – Вы поглядите. Клан Итон в полном составе. Что у вас тут? Что-то типа семейной встречи?
– Не, она запланирована на следующий месяц.
Он опускает глаза, и я вижу, что его взгляд остановился на Уилле, делающей вид, будто она внимательно изучает обстановку бара, но по наклону ее головы совершенно ясно, что она подслушивает. Вот ведь любопытная девчонка.
Обернувшись к Лэнсу, я вижу, как он оценивающе разглядывает ее.
Что чертовски сильно действует мне на нервы.
Я делаю шаг вперед, заслоняя Уиллу своим телом.
– Ты не на базаре, Хендерсон. Потерял что-то?
Он откидывает голову и громогласно хохочет:
– Так это твоя девчонка, Итон?
Я сурово смотрю на него:
– Нет. Это моя няня.
Изображая удивление, он выгибает бровь и ехидно смотрит на меня из-под своей бежевой ковбойской шляпы:
– Няня, говоришь?
Я вздыхаю, показывая, что он меня уже доконал, но отступать я вообще не собираюсь.
– Ты меня слышал, придурок. Надолго ты в городе?
Его глаза блестят, но он не педалирует тему Уиллы, и я опускаю плечи, чувствуя, что напряжение ослабевает.
Кретин.
– Всего на одну ночь. Откровенно говоря, я надеялся с тобой связаться. Но не нашел в соцсетях.
– Какая мне польза от соцсетей? – отвечаю я с каменным лицом.
– Даже не знаю. Возможность поддерживать связь с друзьями, вроде меня?
– Встречаться плюс-минус раз в пять лет, как по мне – идеально. Хорошенького понемногу.
Мне, конечно, нравится Лэнс, но чтобы пересылать ему фотографии или следить за обновлениями его статуса – нет уж, спасибо.
– Мне нужен напарник. Мой выбыл из строя: сломал ключицу. Мы в шаге от попадания на национальный финал.
– Нет.
– Почему? Ты – один из лучших загонщиков, что я когда-либо видел. Безумно жаль, что ты забросил дело.
Никто не может понять, почему. Мотаться по стране, участвуя в родео, – у меня никогда не было такой опции. Некому было спросить меня, хочу ли я этим заниматься. А ведь я хотел. Я бы с удовольствием занимался родео. Я, черт побери, хороший ковбой. Но долг звал, и этот долг находился здесь, дома. Ранчо. Люк. Семья.
Я никогда не обладал привилегией делать то, что хотел, и очередное напоминание об этом причиняет жгучую боль.
– Заарканить, связать, загнать в стойло – я занимаюсь этим постоянно. Для работы. Не для шоу.
– Отлично, раз так, ты по-прежнему в форме.
– Лэнс, я пас. – Скрестив руки на груди, я слышу за своей спиной лишь гул голосов, но чувствую, как Уилла придвигается ближе к центру дивана.
– Но почему?
– Потому что у меня – ранчо. У меня – ребенок. Я не могу просто так взять и уехать на несколько дней. Я не могу зависать где-то у тебя дома и тренироваться. У меня есть обязанности.
– А как насчет няни? Мы можем обойтись и без практики, или я мог бы пригнать трейлер. – Он снова бросает взгляд вниз, и моя грудь поднимается, когда я смещаюсь, загораживая ему обзор.
– У нее есть выходные.
– Мы можем что-нибудь придум…
– Я совсем не против поработать пару выходных, – пока я поворачиваюсь в ее сторону, Уилла успевает протиснуться и встать вплотную сбоку от меня.
– Нет, – скрежещу я.
Она поводит плечами:
– Остынь, Итон. Я просто предлагаю.
Лэнс смеется и улыбается ей, преисполненный ковбойским обаянием. Это охренеть как бесит. Еще хуже – видеть, как он пожимает ее руку. Как она улыбается ему в ответ. Они оба такие светлые и радостные. Они отлично подходят друг другу, и в особенности меня бесит тот факт, что меня это бесит.
– Лэнс Хендерсон.
– Уилла Грант. Приятно познакомиться.
Его улыбка превращается в самодовольную ухмылку, точь-в-точь как в молодости, когда он кадрил фанаток родео.
– Ох, милая моя, а мне-то как приятно.
Мне нравится Лэнс. Он хороший парень и обаятельный по самое не могу. Но вот что мне не нравится – так это то, что сейчас он пытается соблазнить мою няню.
И потому я произношу то, что даже не думал когда-нибудь от себя услышать:
– Мы с Уиллой как раз собирались пойти танцевать. Рад был повидаться, Лэнс.
Я коротко киваю ему и, схватив Уиллу за локоть, вытаскиваю ее на танцпол.
– Кажется, я пропустила момент, когда мы решили потанцевать? – снова ерничает она, пока я ставлю ее в позицию для тустепа, стараясь просто положить руку ей на талию, сдержав желание скользнуть рукой по всем ее ребрам.
– Это был предлог, чтобы свалить от улыбчивого сукиного сына.
Она неспешно кладет руку мне на плечо, мои пальцы обхватывают ее изящную ладонь, и мы с легкостью двигаемся в такт этой жизнерадостной, заводной песни. Я стараюсь смотреть поверх ее плеча, а не на нее.
Это чертовски трудно.
На ней красивое розовое платье. Оно весьма простое, но подчеркивает каждый изгиб ее тела, обнажает колени, и, в целом, чересчур короткое. В платье и белых кедах Chuck Taylor она выглядит слишком уж молодо.
