От боли я едва ли соображаю, что делаю, но поток серебристо-голубого пламени уже не остановить. Плавятся не только веревки, но и стеллажи поблизости, расплывается пол под ногами, и запах обожженной плоти снова бьет в нос. Только на этот раз плоть не чужая – моя.
Боже, до чего же больно. Вместо крика с губ срывается истерический смех, и хочется провести так вечность – валяться на полу, смотреть, как пламя пожирает все вокруг и смеяться, не зная, как еще справиться с болью. Позади звучат голоса Терри и Бакстера, но слов уже не разобрать.
Сгори, тварь! В аду тебе будет самое место. Передашь привет моим родителям. На коленях перед ними извинишься, а потом Бакстер отправится за тобой следом. Но я об этом уже не узнаю, правда? Сгорю вместе с ними, вот так запросто.
Новая волна боли накрывает с головой, и я уплываю куда-то вдаль. Перед глазами снова темнеет, от дыма уже сдавливает легкие, и я вновь чувствую себя семнадцатилетней девочкой, запертой в задымленной спальне. Только нет на этот раз знакомого шелестящего голоса, что велел мне встать в прошлый раз.
Нет Грегора. И он не придет, потому что Змей не такой. Змей не привязывается.
А жаль. Мне хотелось стать для него важной. Особенной. Чтобы он спас меня еще раз. Всего один раз. Пожалуйста.
На метку я рассчитывал зря – кожа горит огнем, по венам словно струится раскаленная лава, но это не помогает определить даже направление. Всего лишь глупая надежда, шальная мысль, промелькнувшая в голове в порыве злости. Нет, найти куколку мне помогут только собственные люди и камеры вокруг клуба. Прошло всего ничего времени, она не могла уйти далеко, разве что квартал пройти, не больше.
А у Кейна повсюду глаза и уши, кто-то уж точно видел Алекс, прежде чем ее сцапали люди Моралеса. На что способен этот сукин сын теперь, когда у него развязаны руки? Когда он собственными глазами увидел, на что я готов пойти, лишь бы с ней все было в порядке?
На все. И это относится к нам обоим.
Mierda, возьми себя в руки!
Я торможу посреди зала на первом этаже «Садов» и глубоко вздыхаю. Прикрываю глаза, и нервы, натянувшиеся словно струны, немного расслабляются. Сейчас мне нужна холодная голова и горячее сердце, однако кажется, будто от расчетливого и мрачного Змея не осталось и следа. Его место занял вспыльчивый и скорый на расправу Грегор Бьёрнстад. Точно такой же, как и тринадцать лет назад.
– Грег, – Кейн нагоняет меня по пути на второй этаж. В глазах читается мрачная решимость, а вместе с ней – озабоченность. Переживаешь, что я прямо сейчас устрою фейерверк размером с город? Я кривлюсь в ответ на собственные мысли. – Я только что говорил с ребятами. Чейз неохотно смотрит камеры, но большинство из них уверены, что Алекс просто сбежала. Наша крыса отлично потрудилась. Да и подружка твоя удружила, когда инсценировала похищение в первый раз…
Перчаток на мне уже нет, и пламя свободно срывается с кончиков пальцев. Искры падают на пушистый ковер под ногами, и тот мгновенно начинает тлеть. Я недовольно фыркаю и сбиваю пламя носком ботинка. Не хватало еще, черт побери, клуб поджечь в приступе злости.
Но если Кейн еще хоть слово ляпнет, я закатаю его в этот ковер и подожгу. Даже если потом придется месяцами навещать его в больнице, пока не регенерирует и не придет в себя. Сейчас не время препираться.
– Да не кипятись ты. Я к тому, что быстро их с места не сдвинуть. Я уже поговорил с парой наших соседей, в последний раз ее видели у магазина неподалеку: в переулке, где камер почти нет. После оттуда выехал болотного цвета пикап, они погнали на юг. Скорее всего, в сторону доков.
Ну конечно. Стоило догадаться, что Моралес старым привычкам не изменяет: до сих пор таскает всех, кто переходит ему дорогу, на окраину города. В ангары за Либерти-Сити, как раз неподалеку от доков. Но черт бы с ним, с Моралесом. Я прекрасно знаю,
До чего же иронично. Знаменитый Змей пригрел у себя на груди настоящую змею, когда заключил соглашение с Терри Льюисом. Черт! Я в сердцах двигаю по ближайшей стене кулаком, и на деревянной панели остается внушительная опаленная вмятина. Дыхание тяжелеет, а перед глазами пляшут разноцветные искры – вовсе не из-за моего пламени.
Это Льюис названивал ей в последние несколько месяцев. Это Льюис ошивался рядом, у куколки вовсе не развилась паранойя. Маленький засранец был рядом все время, а я и не заметил. Черт побери, это моя работа – следить за каждой шавкой в районе и уж тем более – за собственными клиентами. Я позволил себе расслабиться, и чем это обернулось?
– Отправь как минимум семерых в старые ангары за Либерти-Сити. Уж ты-то в курсе, где они находятся, Кейн. Но не раньше, чем через час. Иначе я не ручаюсь за их жизни, – произношу я на удивление спокойно, будто на автомате. Перед глазами уже стоят знакомые силуэты одинаковых зданий, когда-то сгоревших по моей милости. – Если кто-нибудь будет сопротивляться, скажи, что иначе они кончат как Лиам. Пусть выбирают сами.
