Девон Рейвенел, столичный повеса, кутила и неисправимый холостяк, неожиданно для себя унаследовал от покойного родственника графский титул, а вместе с ним – запущенное и отягощенное долгами фамильное имение. И если бы только это – но ведь в имении обитают три юные незамужние сестрицы предыдущего графа и его молодая красавица вдова леди Кэтлин!Кэтлин прекрасно понимала: от легкомысленного наследника не добиться помощи ни в управлении имением, ни в поиске подходящих женихов для трех очаровательных бесприданниц. Но вот чего она точно не ожидала: что очень скоро Девон обрушит на нее весь свой талант и опыт прославленного соблазнителя – и противостоять его чарам с каждым днем будет все труднее…
Lisa Kleypas
COLD-HEARTED RAKE
Печатается с разрешения литературных агентств William Morris Endeavor Entertainment, LLC и Аndrew Nurnberg.
Серия «Очарование» основана в 1996 году
Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.
Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
Лиза Клейпас была признана «Мисс Массачусетс» и участвовала в конкурсе «Мисс Америка – 1985», однако, по ее собственным словам, всегда понимала, что ей суждено стать писательницей. Буквально после выхода первого же романа Лиза Клейпас проснулась знаменитой и с тех пор давно уже признана непревзойденным мастером исторического романа, совмещающим природный талант с высоким профессионализмом.
– Черт подери, ну почему мне так не везет! – мрачно пробурчал Девон Рейвенел. – Моя жизнь испорчена, а все из-за того, что кузен, который мне никогда не нравился, упал с лошади.
– Вообще-то Тео не совсем упал, – уточнил его младший брат Уэстон. – Лошадь его сбросила.
– По-видимому, она его так же не переносила, как и я, – ответил Девон, нетерпеливо расхаживая взад-вперед по приемной. – С удовольствием сломал бы Тео шею, если бы он уже сам этого не сделал.
Уэстон покосился на брата со смесью насмешки и возмущения.
– Как ты можешь жаловаться? Ты только что унаследовал графский титул и в придачу поместье в Гэмпшире, земли в Норфолке, дом в Лондоне и…
– И все прочее, закрепленное за титулом. Прости, что меня не радует получение земли и домов, которыми я никогда не буду владеть и которые я не могу продать.
– Возможно, тебе удастся разбить майорат: надо посмотреть, как прописаны условия. Если так, то ты сможешь все продать, и дело с концом.
– Дай-то Бог. – Девон с отвращением посмотрел на плесень, выросшую в углу комнаты. – Этот дом – просто руины. Нельзя же всерьез рассчитывать, что я буду здесь жить.
Оба они впервые переступили порог Эверсби – переходящего по наследству семейного владения, построенного когда-то на развалинах монастыря и принадлежащей ему церкви. С тех пор как Девон вскоре после смерти его кузена унаследовал титул, прошло три месяца, но он, как мог, оттягивал момент, когда придется столкнуться с горой проблем. И вот этот момент настал. Пока что он успел увидеть только эту комнату и вестибюль – два помещения, предназначенных производить наибольшее впечатление на гостей. Ковры были истерты до дыр, обивка мебели оборвалась, гипсовая лепнина на стенах потрескалась и покрылась слоем пыли. Все это не давало повода надеяться, что остальная часть дома будет в лучшем состоянии.
– Да, нужен ремонт, – согласился Уэстон.
– Этот дом не ремонтировать нужно, а снести до основания.
– Ну, все не настолько пло… – не договорив, Уэстон вскрикнул, потому что его ступня застряла в ямке на ковре, и отскочил в сторону, уставившись на вмятину в форме миски. – Черт побери, что это?
Девон нагнулся, приподнял угол ковра и под ним обнаружил дыру в прогнившем полу. Покачав головой, он вернул ковер на место и отошел к окну с фигурным переплетом. Металл, соединявший ромбовидные стекла, был изъеден коррозией, петли и задвижки заржавели.
– Похоже его раньше не ремонтировали, – заметил Уэстон. – Почему, интересно?
– Очевидно, денег не хватало.
– Как это может быть? Поместье включает двадцать тысяч акров земли. Как же арендаторы, ежегодные платежи?
– Фермерство в поместье больше не приносит прибыли.
– В Гэмпшире?
Бросив на брата мрачный взгляд, Девон снова стал смотреть в окно.
– Нигде.
Сельский пейзаж Гэмпшира выглядел идиллически: зеленые поля, аккуратно разделенные живыми изгородями, – но дальше, за группками веселых коттеджей с соломенными крышами и полосами плодородной земли, меловыми холмами и древними лесами, уже прокладывали тысячи миль стальных путей, по которым пойдут в наступление локомотивы с вагонами. По всей Англии новые фабрики и фабричные городки появлялись быстрее, чем ореховые сережки по весне. По своему невезению Девон унаследовал титул именно тогда, когда волна растущей промышленности сметала прочь аристократические традиции и соответствующий титулу образ жизни.
– Откуда ты знаешь? – спросил брат.
– Уэстон, это все знают. Цены на зерно упали. Когда ты последний раз читал «Таймс»? Ты что, не прислушиваешься к разговорам в клубе или в тавернах?
– Нет, если речь идет о фермерстве, – уныло вздохнул Уэстон и тяжело опустился на стул, потирая виски. – Не нравится мне это. Кажется, мы договорились никогда ни к чему не относиться серьезно.
