Ненавижу своего начальничка! Он высокомерный, педантичный и расчётливый тип. Вместо Алисы он называет меня Анфисой. Память у него, как у рыбки – три секунды, а ещё профессором зовётся.У меня от него куча тайн, узнав которые, он уволит меня без выходного пособия. Поэтому приходится всячески угождать ему, через силу улыбаться и… шпионить за ним.
– И ты собираешься отправить меня в логово чудовища?!
– Ну, не такой уж он и чудовище, – отвечает папа. – А вполне симпатичный мужик – женщины так говорят на кафедре. Но характер паршивый, ни одна помощница дольше, чем на неделю у него не задерживается. Покидают стены института со слезами на глазах. Но ты-то у меня дева крепкая, Алиска, тебя так просто не выжить.
– Спасибо, конечно, но…
Папа сошел с ума, предлагая мне – энтомологу со свежим дипломом, отправиться на кафедру физики, чтобы шпионить за Максимом Волгиным в пользу отца. Видите ли, они работают над одной и той же теорией, и папе позарез надо знать, как далеко продвинулся в своих исканиях профессор. На кону – Нобелевская премия.
Нет, я, конечно, хочу, чтобы она (премия) доставалась папуле, но… шпионить? Я же не агентша 007 какая-нибудь, а обычная учёная. Диссертацию пишу, насекомых изучаю, никого не трогаю, а тут такое предложение, от которого нельзя отказаться. Нельзя – потому что папа не отстанет, пока не получит своё.
– А как же профессиональная этика? – напоминаю ему.
– Я же не собираюсь сдирать у Волгина идеи. Мне просто нужно быть в курсе его шагов.
Мы с отцом сидим на моей кухне, где он редкий гость. Вечно занят и вечно ему не до меня. А хочется, чтобы, как в детстве: забрал меня и повел гулять в парк.
– А если он меня рассекретит? Что тогда?
– Просто уволит, – пожимает плечами.
– И подмочит мне репутацию, – дую губы.
– Алиса, твоим насекомым плевать, какая у тебя репутация!
Папа, как и все прочие физики, считает биологов учеными второго сорта. А уж энтомологов вообще не принимают в расчет. Физики изучают тайны Вселенной, а мы исследуем букашек. Они якобы занимаются важным делом, а мы так – просто играемся. Поэтому и смотрят на нас свысока.
– Насекомым, может, и плевать, а мне – нет.
– Значит, отказываешься? – отец надевает кепку на голову. Уходить собрался! А как же пицца, которую доставят с минуты на минуту? Его любимая, с халапеньо.
– Хорошо, я попробую, – сдаюсь, только бы он остался со мной.
Я безработная уже полгода. Пора заняться каким-нибудь делом и перестать прикрываться диссертацией. Да и жить за папин счет в двадцать четыре стыдно. Но Волгин… Ходят самые разные слухи об этом чудище. Что он делает со своими помощницами, что они его не выдерживают? Харассит? Издевается? Заставляет учить законы физики?
Физика!
– Папа, – говорю осторожно, – но я ничего не понимаю в физике!
– Вот держи, – протягивает мне книгу «Физика для чайников». – Почитай на всякий случай. Но Волгин не будет обсуждать с тобой свои исследования.
– Зачем ему тогда помощница?
– Кофе сделать, на телефон ответить, жопу прикрыть перед деканом, пока он будет отсутствовать на рабочем месте. Вот собственно и всё. Он только недавно получил звание профессора, и ассистент полагается в таких случаях, чтобы подчеркнуть статус. Так что не бойся. Заниматься физикой тебе не придётся. Но помалкивай, что ты энтомолог.
– Да знаю я, – закатываю глаза. – Физики презирают биологов. Усвоила уже давно.
– Вот и умница! – треплет меня папуля по щеке, как ребенка.
Ему пятьдесят, и он отличный ученый. Гений, как мне кажется с детства. Давным-давно у них с мамой вышел какой-то конфликт в молодости, из-за чего я получила отчество своего деда и фамилию матери. Папа Дементий Алексеевич Сафьянов, а я Алиса Александровна Сладкова. Выяснить, что я дочь знаменитого физика, будет не так-то просто.
И ради папы я готова на многое, в том числе и отправиться в логово чудовища профессора Волгина.
Привозят пиццу, и остаток вечера мы проводим довольно мирно. А потом я начинаю читать «Физику для чайников» и засыпаю прямо с книгой на лице.
***
Научно-исследовательский институт представляет собой унылое серое здание. Когда его ремонтировали в последний раз? Никто и не вспомнит. Пока штукатурка на головы не посыплется, никто и не пошевелится.
Кафедра физики находится на втором этаже. Иду по коридору, вглядываясь в таблички, на которых выбиты фамилии местных ученых мужей. Да где же Волгин?
В самом конце обнаруживаю его кабинет. Что-то у него многолюдно внутри. Робко протискиваюсь внутрь и вижу трех девиц на выданье, стоящих в ряд. Здесь что, кастинг??
Молодой мужчина в белой рубашке и галстуке ругается с кем-то по телефону. На диванчике сидит толстенький Олег Валентинович – декан, и уныло слушает разговор. Хотя вряд ли слушает, просто сидит с отсутствующим видом, словно монах на медитации. Его фото показал мне папа, чтобы была в курсе, кто у них тут главный.
Вхожу, и девушки недовольно зыркают на меня. Всё ясно – узрели во мне конкурентку. По случаю выхода на работу я приоделась: надела свой новенький костюм с пышной юбкой цвета фуксии. И сейчас девушки рассматривают меня, презрительно скривив губы. Сами они выглядят скучно, как серые чулки.
Внезапно, профессор прерывает разговор, указывает на меня пальцем и говорит:
– Пусть будет она.
Декан оживляется:
– Вы слышали, девочки. Возвращайтесь к своей работе.
