В его голове появились непрошеные видения, в которых Кэйт избивали и заставляли… «Нет, я не буду об этом думать. Мне просто надо вытащить её». Он двинулся быстрее, как только заметил её, и перешёл на трусцу.
Она была с кем-то, у кого был сильный эйсар, скорее всего это был живший там надзиратель.
Ещё четверть мили, и он будет на месте, но его разум был настолько сосредоточен на Кэйт, что он едва сохранял достаточно осознания окружающей действительности, чтобы не спотыкаться на бегу. Надзиратель обнимал её, прижав её голову к своей собственной. Тирион внезапно осознал, что надзиратель был женщиной, и она была ему знакома — Лэйла.
Лэйла была ему почти другом. Она и Гарлин часто игрались вместе, хотя никто из них не использовал бы слово настолько сильное, как «друг», чтобы описать свои отношения. Однако Тирион знал правду: Лэйла и Гарлин были настолько близки, насколько вообще могли сблизиться надзиратели. Она будет оплакивать смерть Гарлина.
Он уже был достаточно близко, чтобы в точности увидеть, чем они занимались, и разговоры тут были практически ни при чём. За прожитые в Эллентрэа годы он многое повидал, и «услуги», которыми обменивались жители города, зачастую были между представителями одного и того же пола — и пусть это было и не так часто, как между противоположными полами, но ничего необычного в этом не было.
Но обмен между надзирателями и безымянными редко был по обоюдному согласию. Это был вопрос силы, или её отсутствия. Хотя сам Тирион однажды имел отношения с одной из них, Амарой, он ею не злоупотреблял. Он искал любви, чего надзиратели просто не могли понять.
А теперь одна из них сделала Кэйт своей игрушкой.
Он на самом деле не позволял мыслям о такой возможности войти в свой разум, и теперь, когда внезапно столкнулся с ней, от неё его гнев раскалился добела.
Дверь не открывалась в ответ на его касание, поскольку это было не его жилище. Внутри две женщины приостановились, отстранившись. Лэйла могла видеть его присутствие снаружи так же легко, как он видел её внутри.
Эйсар Тириона вспыхнул, когда он привёл в действие один из своих наручных клинков, и уничтожил дверь, её косяк, и часть стены. Лэйла окружила себя щитом, когда он вошёл в комнату. Она стояла перед Кэйт. Она также была голой и раскрасневшейся. Хотя для большинства рабов Ши'Хар нагота была обязательна, для надзирателей это было не так, и они редко снимали этот внешний признак своего повышенного статуса.
— Тирион! — воскликнула она. — Это не то, что…
Он махнул рукой в широком жесте, используя свой эйсар, чтобы вогнать Лэйлу в стену, позаботившись о том, чтобы она при этом не врезалась в Кэйт. Сила удара оглушила её на миг, но её щит выстоял. Тирион сам поднял щит, окружавший комнату, и заключавший в себя их двоих, но исключавший Кэйт. Лэйла была Прэйсианом, и он ожидал, что она воспользуется своим даром, чтобы попытаться сбежать.
В конце концов, лишь так она могла надеяться избежать смерти.
Надзирательница осталась видимой, но укрепила свой щит:
— Тирион, пожалуйста, послушай меня.
Он зарычал, и следующий его удар был более контролируемым: в нём было ровно столько силы, сколько было нужно для того, чтобы разбить её щит, не причинив слишком много физического вреда. Лэйла сползла по стене, откат грозил лишить её сознания.
— Уж тебе-то следовало быть умнее, Лэйла, — холодно ответил он. Разведя ладони, он создал красную плеть, которую так часто любили использовать надзиратели.
Было недостаточно просто убить её. Он хотел растянуть этот миг.
— Даниэл, остановись! — закричала Кэйт.
— Ты слишком мягкая, Кэйт, — ответил он. — Они должны понять, что случится с каждым, кто сделает больно кому-то из моих.
Он шагнул вперёд, приготовившись обрушить плеть на лишившуюся сознания надзирательницу.
— Она не делала мне больно, идиот ты этакий!
— Я жил здесь годами, Кэйт. Я отлично знаю, как устроен здешний мир. Что бы ни случилось, что бы она с тобой ни сделала, ты не виновата. Если не хочешь этого видеть, жди снаружи. — Он сменил положение щита, позволяя Кэйт добраться до двери.
Она не сдвинулась с места:
— Отпусти её, Даниэл. Она меня защищала.
— Я знаю, какая здесь бывает «защита», — сказал Даниэл. — И Лэйла не настолько глупа, чтобы не знать, как я отреагирую, если ожидала от тебя платы за такое.
— Тут совсем не это происходило, — настаивала Кэйт.
— Я видел, что тут происходило.
Кэйт зыркнула на него:
— Я её поцеловала! Кончай дурить!
На миг он потерял концентрацию, позволив плети исчезнуть. Моргнув, он нерешительно посмотрел на Кэйт:
— Постой… чего?
— Ты меня слышал. — Теперь, когда он начал уделять ей внимание, она уже не прилагала усилия к сокрытию того, насколько она разгневана.
— Ты не понимаешь.
— Может, если бы твоей первой реакцией на каждую проблему не являлась попытка кого-нибудь убить, ты бы обнаружил, что мир гораздо сложнее, чем ты воображаешь, — сказала она ему. Кэйт встала, давя телом на его щит: — Так ты уберёшь эту штуку, чтобы я могла к ней подойти?
Он зыркнул на неё.
— Пожалуйста?! — с некоторой досадой сказала она.
