Он не шевельнулся. Даже, кажется, перестал дышать. И я вместе с ним. Медленно, словно боясь спугнуть, он заправил выбившуюся прядь моих, порядком отросших, волос, за ухо. Ладонь удобно устроилась на щеке, а большой палец очерчивал линию скул.
– Алиса, – его голос звучал, как молитва,– ты – моя жизнь.
Теперь я уверена, что счастлива.
Что там говорят? Бабочки в животе?
Серьезно?
Да это целый гейзер, взорвавшийся внутри, который залил светом не только тело, но и душу. Я прильнула к его груди, а когда услышала бешено колотящееся сердце, обняла еще крепче. Он волнуется. Осознание того, что я теперь не одна, грело сердце.
Размеренное сердцебиение Лютера и тихий гул корабля поспособствовали скорому засыпанию. Мне снова снился дом. Только теперь я была старше. А вот мама с папой не изменились. Их лица… Всегда боялась, что перестану помнить их. Забуду, как выглядят самые дорогие мне люди. Мама обнимала меня, говорила, что все будет хорошо. Что я справлюсь. Папа ободряюще поглаживал по спине, обнимая нас с мамой. Слезы лились из глаз неконтролируемым потоком, пропитывая мамину блузку.
– Алиса?
Голос Лютера медленно возвращал меня в реальность. Разлепив веки, с удивлением заметила, что щеки мокрые. Мужчина лежал на боку, повернувшись лицом.
Я плакала на самом деле?
– Кошмар приснился? – он обеспокоенно вглядывался в мое лицо, пальцами вытирая щеки.
– Нет, – слегка заторможенно ответила, – Сон был замечательный.
– Тогда почему ты плачешь?
– Я боюсь, Лютер. Боюсь, что когда увижу их, а они меня, мы просто не узнаем друг друга. Это самое страшное – смотреть на чужого человека, даже не осознавая, что он родной тебе. Я помню родителей только такими, какими они были пятнадцать лет назад, как и они меня. Но ведь люди могут и за год меняться до неузнаваемости, так что…
– Уверен, такого не будет, – проговорил мужчина, притягивая к себе.
Я удобно устроилась у него на груди. Кое-что вспомнила…
– Лютер, – позвала тихо.
– М?
– Ты ведь не оставишь меня?
Он тяжело вздохнул, чем заставил меня напрячься.
– Алиса, я… я должен извиниться, – я чувствовала, что слова даются ему с трудом, но пока не понимала, с чем это связано. – В прошлый раз я повел себя, как идиот, оставив тебя теряться в догадках. Если честно, сам не до конца понимал, что произошло, пока ты не сказала про секс… Дурак! Решил, что для тебя то было чем-то несерьезным, но потом до меня дошло, что тебе близкие отношения в новинку.
– Знаешь, я решила, что с девственницей тебе будет неинтересно, вот и дал деру, – усмехнулась, вспоминая тот день.
– Я испугался. За тебя, – немного помолчав, Лютер продолжил, – Около полутора века назад я встретил девушку. Ее звали Анна. Тогда война только набирала обороты и повстанцев еще не было. На дела отца мало обращал внимания, занимаясь собственными. С ней я проводил очень много времени. Анна работала инженером на космодроме, а я много летал, так что виделся с ней часто. В один момент мы поняли, что влюблены. Хотели пожениться. О моих планах узнал Эдриан, – тон голоса изменился. Лютер злился. – Вместо того, чтобы поддержать мои планы и поспособствовать, он выкрал Анну, а мне сказал, что девушка сбежала с другим. Я знал, что она бы так не поступила, поэтому стал искать информацию. Любые данные, которые могли ее касаться. И нашел.
Лежа на его груди, я отчетливо слышала, как бьется сердце. Если бы оно могло, то сейчас пробило бы мне голову.
– Эдриан ввел ей сыворотку, такую же, как и тебе, – он сделал паузу, а я замерла, вспоминая те ужасные моменты, – Мозг Анны не выдержал. Эдриан продержал ее на препарате один день, задавая самые разные вопросы, касательно меня, вместо того, чтобы напрямую поговорить со мной. Тогда и понял, что существо, которое я называл отцом – монстр.
– Лютер, это ужасно, – потрясенно выдохнула я, – Но ведь прошло столько лет и Анны больше нет и…
– Да, ее нет. Но появилась ты. И Эдриан понял, что ты мне небезразлична.
Я резко приподнялась на локте и посмотрела на Лютера. Тревога, отразившаяся на его лице коснулась и меня.
– Ты думаешь, он поэтому меня похитил?
– И поэтому тоже.
– А еще почему?
– Это я и собираюсь выяснить.
Поцеловав меня самым нежным образом, Лютер встал с кровати, Полностью открывая свое потрясающее тело и… ОФИГИТЕЛЬНУЮ ЗАДНИЦУ! Не удержавшись, подскочила с кровати и с наслаждением впилась ногтями в эти аппетитные ягодицы. Он рыкнул и перехватил руки, заводя их мне за спину.
– Не шали, а то так и не разберемся с заданием, – подмигнув, проговорил мужчина низким голосом.
Пока Лютер был в душе, я сходила к себе и взяла сменную одежду, а заодно и смартфон. Дома я часто принимала душ под музыку, и сегодня у меня есть настроение ее послушать. Включив «Дипиш Мод», сбросила одежду и зашла в кабинку. Как ни странно, голова не была забита сотней мечущихся мыслей, поэтому, слегка подтанцовывая, намыливалась и подпевала «Наслаждению тишиной».