Бессмертные воры полностью

Эдриан же сидел в кресле, откинувшись на спинку, задумчиво потирал подбородок. Он знал, что девушка оправится от сыворотки, но не подозревал, как сильно сын любит ее. Сам он никогда не был обременен такими эмоциями, предпочитая подходить к подобного рода вопросам с практической точки. Когда одна из женщин, с которыми он спал, заявила о беременности, провели тест на отцовство. Генетическое совпадение подтвердилось и Эдриан ждал рождения не просто любимого ребенка, а наследника. Ему нужен был преемник, который без колебаний примет управление после его кончины.

Конечно, было большим упущением отправить юного и наивного парня в свободное плавание. Лютер быстро потерял интерес к делам отца, а потом и вовсе влюбился. Эдриан знал, что таких чувств не существует, поэтому быстро с этим разобрался, но сперва удостоверился в том, что мальчишка ничего не рассказал своей подружке.

Вот только…

Лютер ошибочно полагал, что главный Хранитель утратил свой самый существенный козырь, когда ушел от отца. Но у предводителя Дюжины было одно качество, присущее хладнокровным правителям – он обладал невероятным талантом по части манипуляций.

Нажав кнопку на автоответчике, Эдриан хранил в голове лишь одну мысль – уничтожить Лютера изнутри, а заодно попробовать склонить дочь Павла на свою сторону. Она нужна Хранителям, особенно после того, как Павел сбежал. Они остались без защиты, хоть и местные программисты утверждали обратное. Алиса стала бы незаменимой опорой в его грядущих планах.

И Эдриан уже знал, как заполучить желаемое.

***

– А ты что предлагаешь?

Это бессмысленно. Просто невероятно глупо!

– Алек, перчатки – самый безопасный и практичный вариант использования устройств. В часы или подобные мелкие предметы платы просто не поместятся!

– А ты уменьши их!

– Я программист, а не чудотворец!

Мое терпение лопнуло еще десять минут назад, когда эта наглая златорусая балда предложил укопмлектовать платы сначала в кольцо, потом в браслет, а сейчас мы дошли до наручных часов.

– Да ты просто не хочешь – так и скажи, – он скуксил обиженную физию.

Святой Нептун! Я его, конечно, очень люблю… Но прямо сейчас хочу познакомить эту индюшачью рожу с гладкой поверхностью замечательного компьютерного стола.

– Ну скажи, – терпеливым тоном проговорила, чувствуя, что закипаю от раздражения, – на кой фиг тебе это?

– Знаешь, какая мода была в девяностых?

– Не особо…

– Так вот, часы будут лучше смотреться с моим облачением, чем перчатки.

– То есть, ты хочешь сказать, – в голосе стали прорываться угрожающие нотки, – что тебя заботит только внешний вид? Когда как я забочусь о том, чтобы это ВООБЩЕ СРАБОТАЛО!!!

Модник гребаный.

Задыхаясь от праведного гнева, скрестила руки на груди и враждебно уставилась на субъект, повинный в данном настроении.

– Ладно, – Алек примирительно поднял ладони, – Признаю. Был неправ.

Остыла быстро. Я просто не могу обижаться на этого индюка!

– То-то же, – победно задрав подбородок, направилась на выход.

Время обеда, а по кораблю разносился аппетитный аромат курицы. Русый, как всегда, закинул руку мне на плечи и притянул к себе. Невольно вспомнила, что Тим тоже так делал. Грустные мысли, видимо отразились на моем лице, потому что Алек остановился и посмотрел мне в глаза.

– Лиса, ты чего? Я ж вроде извинился…

– Ты мне чем-то Тима напоминаешь, – вдруг высказала я.

Он понимающе кивнул и скорее даже не спросил, а утвердительно произнес:

– Ты скучаешь.

– Не представляешь, как.

***

Обед. Все на своих местах, а разговоры только об одном – предстоящее дело.