Я не стал дожидаться, когда они придут в себя и попытаются нашпиговать меня свинцом, а рванул прямо в толпу. Послышались выстрелы и ругань, хаотично отраженные эхом от заводских построек. Я уворачивался и наносил удары, даже не пытаясь сдержать силу, льющую из меня через край. Ножи, что вонзались мне в руки, живот и спину, застревали, едва достигнув внутренних органов. Я тут же их вырывал и использовал в бою, нещадно перерубая ими шеи врагов и втыкая в головы по самую рукоять.
Сурусы обладали собственным боевым искусством, в котором они использовали собственные длинные пальцы и крайне твердые ногти, заранее заточенные до состояния бритвы. Они просто атаковали ладонью, словно это был острый нож, нанося режущие плоть и колющие удары, а согнув пальцы, они могли вцепиться ими в тело и даже вырвать кусок мяса. Но меня они уже пробить не могли, лишь изредка нанося мне ничего не значащие царапины, которые тут же затягивались, а их ногти ломались.
Когда натиск немного стих, послышался голос Нероса, кричащего о том, что им заплачено и что они должны биться до конца, прикрывая их отход. Я понял, что у меня больше нет времени на детские игры. Я схватил два ножа — один поднял с земли, другой вытащил из спины мертвого суруса. Держа их обратным хватом, я ринулся за убегающими вглубь завода Неросом и Гонсалом. Как я и ожидал, дорогу мне тут же перегородили сурусы-наемники. Не сбавляя темпа, я врезался прямо в них, раскидывая в разные стороны, и побежал за убегающими. Но тут мне дорогу перегородили вновь. В меня полетели пули, а затем показались и ножи. Потратив не слишком много времени на преодоление преграды, я все-таки потерял убегающих из вида, но все же помчался в ту строну, куда они убежали. Со стороны, наверно, это выглядело устрашающе: бегущий по мрачному заброшенному заводу Человек с большими ножами в руках, без верхней одежды, в готических штанах, да еще весь залитый кровью, и явно не своей.
Даже в стандартной форме я умел очень резво бегать, поэтому довольно быстро настиг виросуса. Он, было видно, бежал изо всех сил, но был слишком медленным. Он услышал меня и развернулся на бегу, остановившись.
— Ты быстрый, — заговорил он, тяжело дыша. — И сильный. Слишком сильный. Кто ты такой?! — крикнул он.
— Человек.
— Человек? Ты Дьявол! Тот газ способен разъесть любую органическую материю, а ты всего лишь поморщился. Поморщился!! Я понял, что нам конец, когда ты освободился от пут, а этот чертов гераклид, который бросил меня тут, осознал это, когда на тебя не подействовал газ, но даже тогда он не хотел признавать, что ты настолько силен. Нет, ты не человек. Так кто ты?
— Тебе не суждено узнать, — сказал я, придавая своему голосу таинственности.
— Да? Но я так просто не сдамся!
Без всякого церемониала виросус вдруг начал расти. Легкая куртка порвалась на спине, матерчатая обувь разошлась по швам, от штанов и рубашки отлетело несколько пуговиц. За считанные секунды хрупкий на вид Гонсал, знаток ядов, гик, превратился в здорового злобного бугая, больше двух метров в высоту.
Закончив трансформацию, он, рыкнув, тут же рванул ко мне. Я не шевелился до тех пор, пока он не подбежал на нужное мне расстояние. Развернувшись на месте, я ударил его со всей силы ногой, из-за чего он отлетел метров на пять, рухнув на спину, но тут же попытался подняться, однако тело его не слушалось, я как минимум сломал ему несколько ребер и сильно повредил внутренние органы. Не став дожидаться его ответа, я подскочил и сильным ударом всадил один из ножей ему прямо в макушку. Он издал короткий звук, словно икнул, глаза его закатились, из глаз, рта и ушей потекла кровь.
Нож я оставил в голове.
Бежать пришлось быстро и долго, я уже думал было, что упустил Нероса, но опять ошибся. Он оказался в огромном здании, напоминающем некогда процветающий сталеплавильный цех. Повсюду стояли большие котлы, а один, находящийся выше других, так вообще был просто огромен. На заржавевших рельсах стояли железные тележки, некоторые были перевернуты. Давно остывший конвейер тянулся далеко вглубь высокого помещения. Метрах в двадцати от нас помещение как будто было расколото огромной трещиной, обломков обеих стен и потолка видно не было.
— Я думал, ты уже сбежал, поджав хвост, — сказал я.
— Я так и планировал, но вскоре понял, что ты все равно догонишь. Рано или поздно. Ты не из тех, кто так просто сдается.
Нерос стоял спокойно, в своем черном костюме, которые так любят почти все камирутты. Настроен он был серьезно, а во взгляде горела решимость гордеца.
— Ты умней, чем мне до этого казалось.
— А ты сильней, чем я себе мог даже представить. Кто ты на самом деле?
— Ты уже спрашивал. И твой друг, которого ты бросил, тоже.
— Он мне не друг, просто компаньон, — покачал головой камирутт. — Мне были нужны лишь его наработки. Несмотря на его вид, он умен.
— Был.
— Был? Как жаль. Что же, ты прям так взял и безжалостно убил беззащитного ученого?
И это мне говорит тот, кто целый час любовался моей пыткой.
— Ты прекрасно знаешь, что он не был беззащитным…
