Оказавшись внутри, он молча огляделся, подойдя к ближайшей стене, чтобы прочитать случайные мысли. Схватив со стены ее набросок, он в ярости развернулся.
— Тебя кто — то преследует?
Рот Рори приоткрылся, когда вены на груди Кая поползли к шее, а его золотистые глаза потемнели.
— Кай, остановись, — умоляла она.
Что с ним происходит?
Проследив за ее взглядом, он опустил взгляд на свою грудь и ненадолго закрыл глаза, останавливая распространение отметин. Не татуировки.
Слова, нацарапанные на соседней стене, бросились ей в глаза, и она не смогла составить связное предложение.
Он в мгновение ока оказался на другом конце комнаты, и его руки обвились вокруг ее шеи, чтобы обхватить ее подбородок, нежно поглаживая, чтобы успокоить ее.
— Я в порядке.
Он схватил ее руку и положил себе на грудь. Кожа была горячей, и это никак не могло успокоить ее.
— Он наполняет себя ядом, — продекламировала она дрожащими губами.
Страх захлестнул ее. Его тьма — это яд.
— Яд? О чем ты говоришь? — Его глаза искали ее.
Она могла только указать на стену позади себя. Она теряла его? Ее мать предупреждала ее, как и Терни. Ее не волновало, что он может не спасти ее, но ей было небезразлично, если он умрет. Он не мог отправиться в эфир раньше нее; она бы не пережила, потеряв его снова.
— Что ты с собой делаешь?
Она попыталась восстановить контроль над своими эмоциями, напомнив себе, что он здесь и цел.
— Что бы ты ни делал, остановись.
— Здесь живет Сивилла, — предположил Кай, прочитав пророчество, которое Терни нацарапал на стене ранее в тот день.
— Да, и он сказал, что ты наполняешь себя ядом, точно так же, как это делала моя мать.
Она положила руку ему на плечо и побудила посмотреть на нее.
— Пожалуйста. Ты не сможешь спасти меня, если будешь мертв.
Быть спасенной было последним, о чем она думала. Она могла спасти себя, но обращение к его защитной стороне было единственным, что она могла придумать, чтобы сделать.
— Ты рискнешь уничтожить себя и оставишь меня сражаться с Гедеоном в одиночку?
Корни поднялись по его шее и дразнили нижнюю часть челюсти. Что бы ни происходило в нем, это было связано с его гневом, и она сделала это еще хуже.
— Успокойся. Я в порядке, — сказала она, повторяя его слова, когда схватила его руку и прижала к своей груди.
Его глаза заблестели, и он прижался своим лбом к ее лбу.
— Я знаю, они пугают тебя, но они доказывают, что я становлюсь сильнее. Каждый раз, когда они растут, я создаю объект большего размера, чем раньше.
