Бессмертный полностью

— Я мужчина, который мечтает о тебе, даже если ты не мечтаешь обо мне, и когда ты забудешь меня и продолжишь жить своей жизнью, я все равно буду мечтать о тебе.

Он опустил руку и отступил с выражением покорности.

Комната замерцала, и она наклонилась вперед, потянувшись к нему.

— Подожди!

Рори села, по ее лицу катились слезы, она, без сомнения, знала, что Кай был недостающей частью. Ничто в этом не имело смысла, и, несмотря на то, что он выглядел как Бэйн, она знала, что это не так.

Точно так же, как она знала цвета без объяснений, она знала и это.

Это означало только одно: настоящий Бэйн все еще был где — то там, и, несмотря на все, что она говорила себе найти его, слова Кая эхом отдавались в ее голове.

— Ты научишься отпускать.

Глава 14

Винкула

Кай откинул одеяло, когда боль поглотила его. Видеть ее было горько — сладко, но она задавала вопросы, а это означало, что ее воспоминания пытались вернуться.

Каждую ночь он боролся с желанием рассказать ей, и он пересматривал свое решение не делать этого. Если бы он сказал ей, смог бы он убедить ее прятаться от Гедеона, пока он не найдет выход?

Он не знал. Для Гедеона должно быть невозможно узнать о ней, и, по сути, Гедеон должен думать, что Кай был освобожден.

Предупреждение Леноры нельзя было игнорировать, но как Гедеон узнает? Можно ли действительно доверять ее друзьям?

Пройдя через комнату в ванную, он плеснул водой на лицо. Когда он посмотрел в зеркало, на него напали образы Рори. То, как она чистила его туалет, бросая через плечо свирепые взгляды; то, как она упрямо отказывалась от его помощи в мытье, несмотря на то, что нуждалась в ней; видеть ее свернувшейся калачиком на полу, утопающей в своем горе.

Его боль превратилась в гнев на своего брата и на себя. Гортанный крик вырвался из его горла, и тени вспыхнули вокруг него, разрушая комнату. Осколки фарфора из ванны дождем посыпались вниз вместе со стеклом из душа и зеркала. Он уставился на свои руки.

Вены почернели, расползаясь по его рукам, как корни. Он поднял руку и согнул пальцы, очарованный своей кожей. Это было не так, как в тот день, когда двое мужчин напали на Рори. Тогда тени ползли по его коже, создавая ту же иллюзию, но на этот раз они текли сквозь него, как яд.

Когда он успокоился, чернота отступила, и он усомнился, была ли она там вообще.

Осколки стекла хрустели под его босыми ногами, когда он, не дрогнув, вошел в спальню.

Он приветствовал боль.

Кай крался по коридорам своего дворца в поисках Лорен. В то утро она не явилась в его кабинет, и он надеялся, что она все еще в своей комнате.

Оказавшись за дверью ее дома, он поднял руку, чтобы постучать, но дверь распахнулась. Рот Лорен дернулся в сторону.

— Не терпится услышать о Рори, не так ли?

Кай отступил в сторону, позволяя ей выйти из комнаты и последовать за ним в его кабинет.

— Как она?

— Ты не знаешь? — спросил Ангел.

— Я знаю, что ты видел ее в мире душ.

Он остановился окончательно.

— Она говорит обо мне?

Могла ли Лорен слышать, как стучит сердце в его груди?

— Она задает вопросы, — сказала Лорен, понизив голос.

— Ты ей что — то сказал, или она вспоминает?

— Ты скажи мне, — ответил он, направляясь с ней к своему кабинету.

— Она сказала, что ты сказала ей, что в Винкуле есть кто — то, кого она приняла за Бэйна.

Короткие ноги Ангела не отставали от его длинных, и она искоса поглядывала на него, пока они шли.

— Мне не нравится лгать ей, и она прямо спросила меня, был ли Бэйн в Винкуле.

Тени начали скользить по стенам по мере того, как росло волнение Кая.

Что, если, рассказывая ей о таких вещах, она подвергается опасности?

— Тебе вообще не следовало ничего говорить. Я не говорил, что тебе нужно лгать.

Лорен откинула свои черно — белые волосы за плечо.

— Я не сказала ей ничего важного. Ты хочешь, чтобы она ненавидела тебя в пространстве души?

Он оставался тихим.

— Так я и думала.

Оказавшись в его кабинете, она повернулась к нему с натянутой, сочувствующей улыбкой.

— Это нормально — позволить себе быть счастливым, хотя бы в душевном плане. Ты проводишь с ней время почти каждую ночь, и, насколько она знает, это всего лишь сны.

— Я думаю, она вспоминает, — признал он.

— Тогда давай расскажем ей все, — настаивала Лорен.

— Будет легче обеспечить ее безопасность, если она будет знать правду.

Кай горько рассмеялся.

— У нее нет ее воспоминаний, и если она не думает, что мы лжем, она не поймет серьезности ситуации, потому что она не помнит. Это не заставит ее полюбить меня, и это не заставит ее вернуться к той жизни, которая была у нее с нами, — его слова были невнятными.

— Рассказав ей, ты только подвергнешь ее опасности, потому что она отправится к Гедеону.