Бессмертный полностью

Гедеон сидел, ошеломленный. Почему его сестра освободила заключенную раньше срока, особенно такую печально известную, как Аврора Рейвен? Это не имело смысла, и об этом не было никаких новостей.

— Спасибо тебе, Фиона. Ты будешь вознаграждена.

Он отпер нижний ящик своего стола и отсчитал приличное количество золотых. Передавая их Алхимику, он сказал:

— Держи ухо востро и дай мне знать, если увидишь ее снова.

Ее глаза расширились от суммы, которую он протянул ей.

— Да, ваша светлость. Спасибо.

После того, как она ушла, Гедеон поднял телефон из своего офиса и позвонил Титусу.

— Мне нужны подробности обо всех, с кем Аврора Рейвен была связана до своего ареста. Ее освободили из Винкулы, и мне нужно знать все о ней и ее сообщниках. Будьте осторожны. Если кто — нибудь из ваших людей обмолвится об этом хоть словом, я убью вас всех.

Титус согласился и повесил трубку. Свет из окон стал ослепительным от его растущего предвкушения.

Аврора Рейвен была важна для одного из его братьев и сестер.

Но для кого именно?

Глава 13

Рори подпрыгнула, когда входная дверь распахнулась, и Сэм ворвался с раздраженным выражением лица. Она начала думать, что это была его установка по умолчанию.

Резко встав, Лорен уперла руки в бедра и метнула в меня кинжальный взгляд.

— Где ты был?

Было около полуночи, и Лорен была на взводе с самого ужина. Вместо ответа Сэм сказал:

— Нам нужно поговорить наедине.

Он открыл входную дверь и жестом пригласил Лорен выйти.

— Тебе следует лечь спать, — предложила она Рори взглядом, который не допускал возражений.

Рори ощетинилась оттого, что им командуют, как ребенком, но спорить не стала.

— Хорошо.

Она направилась к лестнице, и когда входная дверь закрылась, она пробежала остаток пути до своей комнаты и распахнула окно. Большой карниз под ее окном закрывал ей обзор, но Сэм не смог бы говорить тихо, даже если бы попытался.

— Объясни, почему ты опоздал на несколько часов, — потребовала Лорен.

— Я был во дворце Люкс, — ответил он достаточно громко, чтобы его услышали мертвые.

— Зачем тебе там быть? — спросила Лорен, сдерживая свое отношение.

— Ты ненавидишь это место.

— Кай хочет, чтобы мы шпионили за Гедеоном во время наших смен, — объяснил Сэм.

Кай и Гедеон? Как короли Люкса и Умбры? Никто в Эрдикоа не знал, как выглядят члены королевской семьи, но они изучали их в школе. Все знали их имена.

— Я пытался сегодня вечером, но меня перехватили.

Что — то в его поведении подсказывало, что за этой историей кроется нечто большее.

Она услышала, как один из них пошевелился, прежде чем Лорен спросила:

— Кем ты был перехвачен?

— Служанка, — ответил Сэм.

Почему его голос звучал неловко?

— Я превратился в кошку, надеясь передвигаться незамеченным, а она поймала меня и попыталась отвести домой.

Лорен громко рассмеялась. Рори зажала рот рукой, чтобы не сделать то же самое.

— Вместе мы пройдем еще больше, — ответил он грубым голосом, от которого Рори снова захотелось рассмеяться.

— В следующий раз превращайся в крысу, — предложила Лорен, пытаясь сдержать очередной смешок.

— Тогда тебя никто не тронет.

Было впечатляюще, насколько спокойно он звучал после того, как сказал кому — то, что он почти стал домашним животным.

— Ты тоже должна будешь измениться, — сказал он по — деловому.

— Мы не можем допустить, чтобы нас заметили, потому что король нанимает других мистиков в качестве охранников, не только Аатхе, и платит за их преданность.

Рори подавила желание закричать «Что?» в то же время Лорен спросила:

— Что?

— Он нанял их шпионить и сообщать обо всем, что касается его братьев и сестер, — ответил Сэм усталым голосом.

Ничто из того, что они говорили, не имело смысла. Зачем королю шпионить за собственными братьями и сестрами?

— Мы не можем оставить ее без защиты, — сказала Лорен, привлекая внимание Рори.

— Патрик может отказаться от этих ночей, — рассуждал Сэм.

— Ты подождешь, чтобы уйти, пока она не уснет.

Рори услышала шорох. Она ненавидела то, что не могла их видеть.

— Кто — то может напасть так же легко ночью, — указала Лорен.

Сэм хмыкнул.

— Никто не знает об этом доме, и я больше беспокоюсь о том, что она ускользнет. Будет лучше, если она не узнает.

Какой глупой они ее считали, и почему они думали, что у нее было определенное время для сна, как у малыша?

Нянькание сводило ее с ума. Слова Сэма оскорбили ее. Она понимала серьезность своего положения, и если не возникнет чрезвычайной ситуации, она не сбежит тайком.

— Хорошо, — уступила Лорен.

— Увидимся в бункере на следующей пересменке.