Его движения стали жестче и быстрее, шлепки их тел наполнили воздух.
Не задумываясь, он укусил ее за шею с животной потребностью пометить ее как свою. Звуки, которые она издавала, доводили его до крайности, и он пожалел, что у него нет своих теней, чтобы двигаться по ее клитору, чтобы его руки могли трогать ее везде. Он не мог контролировать их здесь, поэтому он приподнялся и пошевелил пальцами между ними.
Она стала громче, и удовлетворение заставило его тело загудеть. Он сел на колени и убрал большой палец, заставив ее застонать.
— Мне нужно кончить.
— Ты кончишь, — протянул он, замедляя свои движения.
Когда она обхватила ладонями свои груди, он толкнулся глубоко и медленно, желая насладиться ее прикосновением. Его большой палец пробежался по мягкой коже ее киски, дразня все, кроме ее клитора.
Ему потребовалось все его силы, чтобы не вытащить пальцы и не заменить их языком. Отказ прикоснуться к ее клитору заставил ее извиваться, и он провел большим пальцем по чувствительному месту, давая ей то, чего она жаждала.
— Черт возьми, Кай, прикоснись к этому еще раз, — умоляла она.
— Ммм.
Он ухмыльнулся.
— Я люблю каждую частичку вашей киски, мисс Рейвен, и это нельзя игнорировать.
Усилив давление, он продолжал скользить пальцами по скользкой области, медленно трахая ее, снова касаясь ее клитора.
Когда она попыталась приподнять бедра, он перевернул руку ладонью вверх, чтобы следующим движением ввести в нее средний палец. Его палец двигался внутрь и наружу вместе с его телом, и он выгнул его вперед.
Проникая так глубоко, как только мог, он застонал, когда ее дыхание участилось, когда он щелкнул кончиком пальца. Ее крики были симфонией, которую он вспоминал в самые мрачные часы своей жизни, и он наблюдал, как их тела соприкасались.
— Я бы хотел, чтобы ты видела, как твоя киска поглощает каждый дюйм меня, — сказал он ей, замедляясь, чтобы насладиться зрелищем.
Снова и снова его член и палец исчезали внутри нее, и при следующем толчке он сделал паузу, чтобы добавить еще один палец, застонав от того, как она напряглась вокруг него.
Она извивалась и издавала бессвязные звуки, и когда он согнул оба пальца, она освободилась.
Он двигался быстрее, издавая стоны, когда она билась в конвульсиях, и как только ее мышцы расслабились, он убрал руку и почувствовал, как напряглись его яйца.
— Черт, детка, — выдохнул он, когда ее остекленевшие глаза посмотрели в его.
Она ухмыльнулась и перевернула их.
— Моя очередь прокатиться, — сказала она страстным тоном, приподнимая свое тело.
