– Я думала, что ты хочешь провести весь день на пляже.
– Да, все еще хочу. Но ты вообще смотрела на часы? Я уже немного проголодалась. А ты?
Должна признать, что в моем животе тоже урчало. Одно упоминание о еде вызвало еще больше шума.
– Да, я бы тоже не отказалась.
С сожалением поглядев на книгу, я отправилась с Эшли на кухню.
– Ты сгорела на солнце, – заметила я.
– Ну, теперь больше нет Райана, который намажет мне спину солнцезащитным кремом, – сказала она и пожала плечами.
Я открыла дверь холодильника и простонала, увидев почти пустые полки.
– Почему именно Райан? Есть много других парней… У нас есть только ветчина и два яйца.
– Еще есть хлеб и кетчуп. О, Сэм, я тоже не понимаю. На самом деле Райан та еще задница, но уж очень он милый.
Мы стояли у кухонного стола, не имея ни малейшего понятия, что делать с нашим небольшим запасом ингредиентов.
– Как насчет бутерброда с ветчиной, кетчупом и яичницей? – предложила я без особого энтузиазма.
Эшли наморщила нос, но кивнула и достала сковороду.
– Хорошо, но вечером закажем какой-нибудь китайской еды, ладно?
– Звучит неплохо. Или сходим в магазин.
– Я лучше пойду на пляж. Сегодня вечером закажем, а завтра утром сходим в магазин, договорились?
Я кивнула, в то время как Эшли уже разбила яйцо в сковороду. Я взяла хлеб, намазала его кетчупом, положила сверху ветчины, а потом решила, что еще один слой кетчупа не повредит. Теперь осталось только положить сверху яйцо и готово!
– Отлично. Как там яйца?
– Почти готовы.
Эшли переложила горячие яйца со сковороды прямо на бутерброды. С первым укусом я слегка обожгла себе рот, но должна признать, что остатки еды вышли не такими плохими, как ожидалось. Эшли тоже кивнула с одобрением. Молча мы опустошили наши тарелки. Последним кусочком хлеба я вытерла остатки кетчупа и сунула кусочек в рот. Эшли встала и положила свою тарелку в уже почти переполненную раковину.
– Думаю, что при следующей возможности надо будет помыть посуду. – Я отложила эту неприятную задачу на следующий день.
– Хорошо, тогда у нас уже есть планы на завтра. Поэтому сегодня пойду и немного расслаблюсь. – С этими словами Эшли вышла из кухни. В окно я увидела, что она отправилась в сторону пляжа.
Я осторожно потрогала обожженное нёбо языком, выпила стакан холодной воды и убрала свою тарелку со стола.
После этого я поспешила вернуться к бабушкиной книге. Это было действительно очень круто – читать такую старинную рукопись. В каждой строчке чувствовалось, как важно было для кормилицы записать все это. Оказавшись в своей комнате, я легла на кровать и начала искать место, на котором остановилась.
Мне не верилось в то, что я только что прочла. Ванора, женщина, которую я видела во сне, жила на самом деле? Не то чтобы я купилась на историю Роя, но теперь, когда я прочла то, что было написано черным по белому, внутри все перевернулось. Это было очень странно. Обычно такого не случается, не так ли?
И раз Ванора действительно существовала, значит, все рассказанное Пейтоном, было правдой? Я, конечно, видела его быстрозаживающую рану своими глазами. И хорошо помнила великана Аласдера. Но теперь, вдалеке от Шотландии, с безопасной американской почвой под ногами, я не знала, во что и верить. Может ли бабушкина книга дать мне ответы на все вопросы? И если да, то что изменится для меня? Могла ли я простить Пейтона? Ведь он был убийцей!
Внутри меня все противилось тому, чтобы приравнять шотландца, который подарил мне первый поцелуй, к холодному, расчетливому убийце. Я действительно думала, что могу заглянуть в его душу. И мне хотелось видеть там печаль, боль и одиночество. Подходило ли это к тому образу, который я нарисовала у себя в голове?
