Но Улва была непреклонна. И быстро училась, наблюдая за мужской реакцией. Она водила ладонью по крепкому стволу, чуть прокручивая кисть, и Аксар запрокинул голову, закрывая глаза и тихо рыча.
Демон! Как же хорошо.
— Что можно сделать еще?
Ее голос разбил тишину звонким треском, и мужчина удивленно и пьяно поднял голову, глядя на свой, теперь уже, сексуальный кошмар.
— Ты для этого не готова.
Согласно кивнув, она немного ткнула мужскую похоть, но лишь слегка, и Аксар вновь провалился в пьяный туман удовольствия.
— Я могу поцеловать тебя?
— Обязана, — прошипел в ее склонившиеся к нему губы. — Или я больше никогда не соглашусь на то, чтобы ты привязывала меня к чему-либо.
— Хорошо.
Он хотел впиться в ее волосы пальцами, поднять этот сладкий аромат колокольчиков, но контроль был в руках Улвы, и она пользовалась им, спускаясь поцелуями к щетинистым щекам, шее, груди и не остановилась даже когда коснулась губами живота, чего оказалось достаточно, чтобы член в ее руке запульсировал, выплескивая белые струи семени в воздух.
Выгибая бедра навстречу женским пальцам, Аксар зарычал, проваливаясь в свой оргазм, но нутро кричало, что это лишь малая часть того, что девушка может ему дать.
— Развяжешь?
— Да, конечно, — вынырнув из задумчивости, вновь склонилась грудью над его лицом, и распутала узлы, выпуская мужские руки из плена. — Прости, я задумалась.
— О чем, если не секрет?
— Секрет.
— Темнишь, женщина.
— Немного, — она гордо выпрямила спину, и взглянула на Аксар решительно и смело. — Твоя очередь. Я готова.
Полная страсти и желания улыбка оскалом озарила его лицо.
— Повернись спиной, — командные нотки в его голосе вибрировали, и я не смела осушаться, послушно разворачиваясь. — Руки за спину.
Тяжело вдохнула, ощутив еще несколько минут назад держащие его жгуты на собственных кистях. Избегая давления на синяки, он обмотал мои руки чуть ли не до предплечья, и потянул на себя, заставляя упасть ему на грудь.
— Доверяй мне. Я не сделаю тебе больно.
Быстро закивала и закрыла глаза, понимая, что Аксар приподнял меня в воздухе, усаживая спиной к спинке кровати, и вторым жгутом приматывая к перекладине.
— Месть?
— Отчасти, — не скрывая довольной улыбки, ответил он, и убедившись, что я сижу удобно и неподвижно, поднялся с постели, скрываясь за балдахином и зашумев водой. — Я тоже не все знаю о женских телах. Но видимо, пришло время учиться.
Я смотрела, как он возвращается, раздвигая упавшую ткань в стороны, и крадется ко мне со всей скрытой мощью огромного зверя. Мышцы перекатывались и бугрились под лоснящейся кожей, темные волосы блестели своим плотным шелком, а глаза сверкали, как у хищника, загнавшего свою добычу в угол.
Только тогда я увидела, что у руках он несет снятый со шторы жгут, в несколько раз длиннее, чем прежние, и мягко опустив свободную ладонь на мое колено, потянул ее в сторону, принуждая раздвинуть ноги.
У меня не было выбора.
В такой позе, ноги были моими единственными свободными конечностями, но и их не оставили без внимания, нежно погладив до самых бедер.
Аксар неожиданно отстранился, и глядя мне прямо в глаза, принялся завязывать на концах веревки петли, внимательно следя за моей реакцией. Когда конструкция была готова, он наклонился и поцеловал меня, легко, без выпяченной страсти:
— Если будет слишком, останови меня. Но если можешь терпеть — терпи. И говори, когда хочется. Поняла?
Я вновь кивнула, и увидев мое согласие, Аксар поймал меня за пятку, поднимая ногу в воздух, и прижимаясь губами к ребру ступни. Все это он делал неотрывно глядя мне прямо в глаза, отчего я только сильнее задыхалась, не зная, какое из моих ощущений он ждет больше всего.
На лодыжку опустилась петля, и затянув ее, Черный Зверь, склонился с кровати, отбрасывая под ней свободный конец, с одного края на другой.
— Ах! — моя нога вытянуто выпрямилась, и я закусила губу, чтобы не вскрикнуть.
Поймав вторую ступню, он так же набросил на нее петлю, вынуждая меня широко развести ноги от натяжения. Терпимого, но слишком откровенного.
Я была перед ним полностью беззащитной, слабой, и я задрожала, понимая, что паникую.
— Тшшш, — заметив мою реакцию, Аксар вновь приблизился, целуя подрагивающие губы. — Никакой боли. Никогда. Я обещал тебе, помнишь?
Я только молча кивнула, поднимая лицо ему навстречу.
— Умница. Расслабляйся, будет только хорошо, — вновь пообещал он, спускаясь губами вниз, к шее, и зарываясь сильными пальцами в мои волосы.
Все что происходило дальше, сложно было описать словами. Я терялась в своей беспомощности, сгорая под поцелуями, с которыми он набросился на мою грудь. Он втягивал вершины сосков, слегка прикусывал, свободной рукой сжимая пальцами оставленный без внимания острый пик.
Невозможность свести ноги, была такой острой, как режущее без жалости лезвие, делая каждое движение еще острее, еще опаснее. Мне хотелось выть, но я только тихонько всхлипывала, мечтая поджать бедра, откровенно разведенные перед ним.
