качнулось, зуд под ногами прекратился, и через пару секунд двухметровый
прямоугольник бронелюка выщелкнулся наружу, бесшумно провернулся на
кронштейнах и рухнул в жаркую тьму тропической ночи.
- Атака! - произнес Роберт. Беззвучные черные тени кубарем посыпались вниз
- держа в правой руке взведенный четырехствольный имперский "нокк", Роберт
оттолкнулся от наружной кромки полутораметрового по толщине комингса внешней
брони и нырнул вслед за своими людьми. Рейдер стоял на плоской вершине
невысокого холма, полого сбегавшего прямо к парадному подъезду светлого,
элегантно-сувенирного двухэтажного особнячка, украшенного резными тонкими
башенками. От борта корабля до него было метров сорок, не больше, - но в
узких стрельчатых окнах первого этажа уже горел свет, и суматошные лучи
фонарей метались перед неширокой белой лестницей подъезда.
- Огня не жалеть! - приказал Роберт, опуская забрало своего шлема. - Пошли!
Теперь ему было видно все - услужливая старинная электроника выдавала на
обратной стороне забрала абсолютно нормальную, "дневную" картинку
происходящего: испуганную суету полуодетых заспанных охранников, бестолково
мечущихся на лестнице, чьи-то искаженные ужасом лица в окнах первого этажа.
- Тра-ля-ля, - сказал он, вскидывая излучатель. - Не ждали? Спустя
полминуты высокая золоченая дверь парадного подъезда с грохотом рухнула на
толстый ковер, устилавший пол небольшого квадратного холла.
- Парсонс, Металин - охранение! - выкрикнул Роберт, бросаясь вверх по
пологой мраморной лестнице. - Снайдер со мной, остальные - первый этаж!
Массивный приклад "нокка" влетел в пухлый подбородок бегущего по лестнице
евнуха с бластером в руке - хакнули, ломаясь, кости, и Роберт выпрыгнул на
светлый ворс коридорного ковра. В лицо ему тотчас плеснули малиновые сгустки
пламени нескольких стволов; чуть пошатнувшись, Роббо стиснул пальцами рукоять
оружия: ревущий фонтан голубого огня прорезал коридор, взметнул в воздух
комки алого кровавого тумана. Дым вспыхнувшего ковра перемешался с пылью
вытекающих из внешней стены кирпичей. Противников больше не было, и Роберт
рванул на себя золоченую рукоять двери хозяйских апартаментов. Леди Коринна
встретила его мужественно: поверх розовой ночной рубашки был спешно наброшен
незастегнутый бронежилет, в руках она держала мощный офицерский излучатель.
Роббо не стал тратить времени на увещевания ее выстрел отшвырнул его к стене,
но второго женщина сделать не успела: закованная в металлизированную перчатку
ладонь Роберта влетела в ее шею, и она с коротким стоном осела ему на руки.
- Начинаем отход! - рявкнул он. - Закройте меня, я с товаром! Закройте
меня! Прикрытый своими людьми от шального выстрела, он стремительно преодолел
расстояние, отделявшее заваленную мертвыми телами лестницу от трапа "Пумы", и
влетел в коридор корабля.
- Живее, живее!.. Баркхорн, старт! Прыжок рванувшегося в небо корабля
свалил его на пол. Рейдер сильно накренился на корму, кошмарный рев
двигателей заставил всех судорожно раскрыть рты. Отключившаяся от удара леди
Коринна неожиданно пришла в себя и с яростью вцепилась ногтями в гладкий
пластик комбинезона Роберта: катясь по полу, он отшвырнул ее от себя, ударил
напоследок сапогом в грудь и попытался встать на четвереньки, но "Пума"
задрала нос еще сильнее, и все, кто был в узком коридоре нижней палубы,
кувырком полетели вниз, к содрогающейся от грохота переборке генераторного
отсека. Внутренние гравистабилизаторы разведчика работали только на верхней
жилой палубе - здесь же, внизу, все они зависели от положения корабля в
гравитационном поле планеты. Куча мала прекратилась через несколько минут:
Баркхорн вывел "Пуму" на орбиту планеты, и все, кто находился рядом с
Робертом возле шлюза, неожиданно всплыли к потолку, словно оглушенные
взрывчаткой браконьеров рыбешки. Адский рык моторов смолк, и Роббо с
отстраненным удивлением услышал свой голос:
- Миледи, могу я надеяться, что вы изволите оставить мой сапог в покое?
Если он вам так нравится, я могу его подарить вам на память... "Сейчас он
начнет разгон! - Мысль ударила Роберта настолько неожиданно, что в груди
перехватило дыхание. - Он же не знает, что мы все до сих пор внизу!.. И если
на взлете перегрузка хоть и давила, но не превышала критических величин, то
на разгоне она нас просто раскатает в блин!" - Артур! - заорал он, моля Бога,
чтобы Баркхорн услышал его голос в интеркоме, настроенном на частоту его
шлема. - Артур, нам нужно две минуты! Мы все внизу!!!
- Что?! - Пилот, похоже, едва не вывалился из своего кресла. - Господи
помилуй, у меня уже рука лежала на акселераторе! Сколько вам нужно времени?;;
-Две минуты, Артур!.. Проблема заключалась в том, что никто из них не умел
передвигаться в условиях невесомости. Конечно же, все они проходили когда-то
короткий Обязательный курс, но время и полное отсутствие? Практики сделали
свое черное дело - те десять метров, что отделяли его от дверей межпалубного
лифта, показались Роберту едва ли не самым длинным и мучительным путем в его
жизни. Кабина рванулась вверх, и они сразу же попадали друг на друга.