Однако Маргарет права: они проживут на его пенсию. Не слукавил ли он, сказав мистеру Лэнгтону, что скорее всего это им не удастся. Раньше он никогда не лгал мистеру Лэнгтону. В коллегию они пришли в одно время: мистер Лэнгтон – как новоиспеченный барристер, а он – как ассистент отца. Вместе и состарились. Гарольд не мог представить «Чемберс» без мистера Лэнгтона. Но с тем что-то случилось. В последние месяцы из главы «Чемберс», казалось, ушла сила, уверенность, даже авторитет. Да и выглядел он неважно. Что-то его беспокоило. Может, скрывает смертельную болезнь? Или решил уйти на пенсию, и теперь его мучают те же проблемы, связанные с неясным и бесполезным будущим? И кто тогда сменит его? Если это будет мисс Олдридж, захочет ли он остаться? Впрочем, это ему ясно. Если главой «Чемберс» станет мисс Олдридж, он этого не захочет. И ей он не нужен. У Гарольда не было сомнений: она проголосует против него. Личных претензий к нему у нее не было. Да и он, несмотря на некоторый страх перед мисс Олдридж, внушаемый быстрым, властным голосом, требовавшим немедленного реагирования, нельзя сказать, что не любил ее, хотя и не хотел бы служить под ее началом. Но она и не станет главой коллегии, это нелепая мысль. В «Чемберс» только четыре адвоката-криминалиста, и большинство предпочтет иметь во главе коллегии адвоката по гражданским делам. Самый очевидный кандидат мистер Лод; в конце концов, два патриарха уже давно делят нагрузку в «Чемберс». Но если главой станет мистер Лод, сможет ли он противостоять мисс Олдридж? После ухода мистера Лэнгтона мисс Олдридж станет настойчивее проводить свою линию – потребует назначения офисного менеджера, внедрения новых методов руководства, новых технологий. Найдется ли ему место в этом современном мире, где системы важнее людей?
Гарольд бродил уже с полчаса, с трудом припоминая пройденный путь, помнил только, как ходил взад-вперед по Эмбанкмент, потом мимо Темплов и – по не оставшейся в памяти улице – на север по направлению к театру «Олдвич» и далее по Стрэнду к правительственным судам. Пришло время начать рабочий день. Но за это время он наконец принял решение. Если ему предложат, он останется еще на год, но не больше, и за этот год ему нужно придумать, что делать с оставшейся жизнью.
Полет-Корт был еще безлюдный. Только на первом этаже светились окна нескольких примыкавших друг к другу кабинетов, где уже работали такие же, как и он, педантичные клерки. Воздух здесь был более влажный, чем на Стрэнде, словно внутренний дворик все еще хранил сырость октябрьской ночи. Вокруг огромного ствола конского каштана беспорядочно скопились первые опавшие листья. Гарольд достал связку ключей, нащупал ключ от бэнхемского[13] замка, а за ним ключ поменьше, которым стал открывать дверь. Взревела сигнализация. Гарольд не торопился и делал свое дело, зная точно до одной секунды, сколько времени потребуется, чтобы зажечь свет в приемной и отключить самым маленьким ключом сигнализацию на пульте управления. Рядом с пультом висела деревянная доска с именами членов коллегии на передвижных вставках, показывающая, кто из них находится в «Чемберс». Сейчас в здании не было никого. Адвокаты не всегда тщательно соблюдали правила обращения с доской, но в идеале последний, покидающий здание, должен был убрать свое имя и включить сигнализацию. Миссис Карпентер и миссис Уотсон, уборщицы, приходившие в «Чемберс» в половине девятого, обычно были последними, кто отсюда уходил. Обе добросовестно следили, чтобы к моменту их ухода из здания в десять часов сигнализация была включена.
Гарольд критическим оком осмотрел приемную, которая также была и комнатой ожидания. Компьютер Валерии Колдуэл стоял точно посредине ее стола. Двухместный диванчик, два кресла и два стула стояли на своих местах, журналы были аккуратно разложены на тщательно отполированном столике из красного дерева. Все было так, как он и ожидал, кроме одного: казалось, ни миссис Карпентер, ни миссис Уотсон не пылесосили ковер. Офисный пылесос, купленный шесть месяцев назад, обладал не только большой мощностью, но издавал еще страшный шум и оставлял на ковре предательские полоски. Сейчас их там не было. Возможно, одна из уборщиц выровняла ковер щеткой. Контроль за работой уборщиц не входил в обязанности Гарольда, впрочем, за женщинами из великолепного агентства мисс Элкингтон контроль и не требовался, но он любил за всем приглядывать. Приемная была визитной карточкой «Чемберс», первое впечатление всегда имело значение.
