– Что случилось? С вами все в порядке, мистер Нотон? Вы плохо выглядите.
– Несчастье с мисс Олдридж. Она мертвая в своей комнате. Я обнаружил ее сегодня утром.
– Мертвая? Вы уверены?
Терри двинулся к лестнице, но Гарольд инстинктивно встал у него на пути.
– Конечно, уверен. Она уже окоченела. Подниматься наверх нет смысла – я запер дверь. – Помолчав, он добавил: – Видите ли, Терри… она умерла не своей смертью.
– Боже! Вы хотите сказать, что ее убили? Что случилось? Откуда вы знаете?
– Там кровь. Много крови. И, Терри, она холодная. Как лед. А кровь капает.
– Так она точно мертвая?
– Ну конечно. Говорю, она уже окоченела.
– Вы звонили в полицию?
– Еще нет. Жду мистера Лэнгтона.
– А что он может? В случае убийства звонят в полицию, что и надо сделать. Нет смысла ждать, когда придут все сотрудники. Они тут натопчут, уничтожат улики. Надо вызывать полицию – и чем скорее, тем лучше. Если не позвонить сразу, это покажется странным. И еще надо сообщить охране.
Эти слова прозвучали неприятным эхом опасений самого Гарольда. Однако в собственном голосе он услышал упрямые нотки, оправдывающие его поведение. В конце концов, он старший клерк и не обязан отчитываться перед подчиненными.
– Мистер Лэнгтон – глава «Чемберс», – сказал он. – Его право узнать обо всем первым, и он уже едет сюда. Я позвонил ему и мистеру Лоду. Тот тоже спешит. Мисс Олдридж уже никто не поможет. А вам, Терри, лучше идти на рабочее место и приниматься за дела. Нет смысла терять время. Если мы понадобимся полиции, нас вызовут.
– Скорее соберут здесь и станут допрашивать. А что, если я приготовлю вам чашку чая? Вид у вас не блестящий. Подумать только! Убийство! И где? В «Чемберс».
Он положил руку на перила и посмотрел вверх с каким-то восторженным изумлением.
– Да, приготовьте, пожалуйста. Мистеру Лэнгтону, когда он придет, чай не помешает. Хотя пусть лучше он будет свежий.
Никто из них не услышал звук приближавшихся шагов. Дверь открылась, и Валерия Колдуэл, секретарь коллегии, вошла и замерла при входе. Ее глаза перебегали с лица Гарольда на лицо Терри, в них был вопрос. Все молчали. Гарольду показалось, что время остановилось. Терри с рукой на перилах и с выражением ужаса на лице был похож на нашкодившего школьника. С пугающей уверенностью Гарольд понимал, что слова тут не нужны. Кровь отлила от ее лица, оно вдруг стало старым и незнакомым, и ему показалось, что он присутствует при самой смерти. Этого Гарольд уже не мог выдержать.
– Расскажите ей, Терри, – с трудом выговорил он. – Приготовьте чай. Я пойду наверх.
Гарольд не представлял, куда именно он пойдет и что будет делать. Надо уйти от них – вот что он знал. Но не успел он преодолеть и первый пролет, как услышал глухой удар и голос Терри:
– Помогите мне, мистер Нотон. Она упала в об-морок.
Гарольд спустился, они вдвоем внесли Валерию в приемную и посадили на диван. Терри положил руку на затылок женщины и с силой наклонил голову к коленям. Меньше чем через минуту, которая показалась мужчинам вечностью, Валерия издала слабый стон.
Терри, похоже, взял себя в руки и заговорил:
– Теперь она придет в себя. Дайте ей воды, мистер Нотон, а я тем временем приготовлю чай – крепкий и сладкий.
Но не успели они даже пошевелиться, как хлопнула входная дверь и на пороге появился мистер Лэнгтон. Он еще не открыл рот, а Гарольд уже положил руку ему на плечо и мягким движением направил в конференц-зал. Изумленный Лэнгтон был послушен, как ребенок. Гарольд закрыл дверь и произнес заготовленные слова:
– Простите, сэр, но у меня для вас плохое известие. Это касается мисс Олдридж. Утром сюда позвонила ее экономка и сказала, что хозяйка не ночевала дома. Обе двери в ее кабинет были заперты, но у меня есть запасной ключ. Боюсь, она мертва, сэр. Похоже на убийство.
Мистер Лэнгтон молчал. Лицо его ничего не выражало. Потом он сказал:
– Пойду взгляну. Вы позвонили в полицию?
– Еще нет, сэр. Я знал, что вы на пути к нам, и решил подождать. Мистер Лод, которому я позвонил, сказал, что выходит немедленно.
Гарольд последовал за мистером Лэнгтоном вверх по лестнице. Глава «Чемберс» держался за перила, но поступь его была твердой. Он терпеливо ждал, пока Гарольд доставал ключ и отпирал двери, лицо его по-прежнему хранило невозмутимость.
На какое-то мгновение, поворачивая ключ в замке, Гарольд наперекор всему вдруг уверовал, что пропитанный кровью парик всего лишь болезненная фантазия, и в комнате никого нет. Но открывшаяся перед ними картина была еще ужаснее, чем на первый взгляд. Гарольд не решался смотреть на Лэнгтона. Потом он услышал голос шефа. Он звучал ровно, но это был голос старика:
– Жуткое зрелище, Гарри.
– Да, сэр.
– Вы такой и нашли ее?
– Не совсем, сэр. Она сидела лицом к столу. Я неосторожно коснулся стула, и тот неожиданно изменил положение.
– Вы кому-нибудь – Терри или Валерии? – говорили об испачканном кровью парике?
– Нет, сэр, говорил только, что нашел ее мертвой. И что это похоже на убийство. Да, еще я сказал Терри, что кровь не застыла. Вот и все.
