Чтец Разума уходит еще до того, как улыбка появляется на моих губах. Элли спешит обратно, разглядывает мою фигуру в зеркале и расправляет швы на платье.
— Как тебе?
Я провожу рукой по ткани.
— Думаю о том, что бы сказала Адина.
— Наверное, много чего, — искренне произносит Элли.
Правдивость этих слов заставляет меня рассмеяться. Мои пальцы тянутся к широким бретелькам, сползающим с плеч. Слова Калума звучат в голове, но более нежный голос отзывается эхом в сердце. Там, где все еще живет Адина и твердит о том, что нужно демонстрировать умение выживать. Показать силу, которую я вынуждена была найти в себе.
Эта ткань никогда не ощущала нежности Адины, как и я больше никогда не смогу это почувствовать. Если я собираюсь замуж, я хочу носить что-то, что относится к ней. Значит, самое меньшее, что я могу сделать, — это показать свою силу в ее честь.
— На самом деле, я решила отказаться от бретелек, — я с трудом сдерживаю торжественную улыбку. — Хочу их убрать.
Элли кивает.
— Тогда я позову портниху.
Я наблюдаю за тем, как она выходит, и возвращаю взгляд на зеркало. Лицо в отражении выглядит чужим и более свободным. В нем есть смелость, с которой мне не терпится познакомиться. Может, это не совсем образ королевы, но, возможно, столь же могущественный.
В жертвенности есть сила. Этот брак — ее олицетворение.
Я улыбаюсь отражению, не помня, когда в последний раз так делала.
В коридоре слышатся тихие шаги, и я невольно спрашиваю:
— Элли, я буду в фате?
— Я бы с радостью умолял тебя не надевать ее.
Мое сердце пропускает удар при звуке его голоса. Я медленно разворачиваюсь, отчего ткань платья шелестит. Кай стоит в дверях, его взгляд скользит по мне с намеком на отчаяние.
— Вот как? — бросаю ему, почти не дыша.
— Не лишай меня возможности увидеть твое лицо в последний раз.
Я запинаюсь.
— Это будет не в последний раз.
— Это не то же самое, — мгновенно отвечает он.
Боль в его голосе заставляет меня вздрогнуть.
— Кай… — я быстро подхожу к нему, снова оказываясь на тонкой грани между долгом и желанием. Я могу носить свадебное платье, предназначенное для короля, но думать буду о его брате.
— Не надо, — Кай почти задыхается. — Не подходи ко мне в этом платье, — никогда не слышала, чтобы Силовик звучал так отчаянно. — Оно напоминает мне о том, что у алтаря тебя буду ждать не я.
Я спотыкаюсь о собственные ноги и заставляю себя остановиться. Медленно киваю, презирая себя за боль на его лице. Горло горит.
— Я тоже этого не хочу.
Он долго смотрит на меня, прежде чем сократить расстояние между нами.
— Я пришел просто подложить записку под твою дверь. — У меня перехватывает дыхание, когда он опускает сложенный пергамент мне в ладонь. — Но раз уж я здесь… — Он отступает, внимательно разглядывая меня. — Могу сказать, твоему наряду чего-то не хватает.
Откровенное заявление заставляет меня моргнуть.
— Чего?
Губы Кая кривятся.
— Чего-то острого, чтобы угрожать мне.
— Это и правда проблема, не так ли? — соглашаюсь я.
С растущей улыбкой и ямочками на щеках, которые я так люблю и ненавижу, он лезет в свой ботинок, чтобы достать…
— Мой кинжал, — выдыхаю я.
Вычурная серебряная рукоять подмигивает мне в угасающем свете. Я бережно забираю его из рук, улыбаясь при встрече с частичкой своего отца. Пока не вспоминаю, почему я не получила его раньше.
Я смотрю на чистое лезвие.
— Ты… вытащил кинжал из его груди.
— Ему он был не нужен.
Мой взгляд опускается на мозолистые ладони, опущенные вдоль тела. Его ногти покрыты грязью, хотя руки тщательно вычищены. Один этот взгляд возвращает меня в тот момент в Шепчущем лесу, где самоуверенный принц похоронил одну девушку ради другой. И снова, в трущобах Илии, еще одно тело было погребено человеком, которому было суждено привести меня к гибели.
— Ты похоронил его.
Это не вопрос. Но и не удивление. Ничего из этого.
— Ничто не ускользает от тебя, Маленький Экстрасенс, — Кай выдыхает эти слова, прежде чем добавить: — Я похоронил его на маковом поле. Я подумал, что это хорошее место для него.
— Спасибо. — Я едва не давлюсь словами. — Я лишь хочу, чтобы Адина была там с ним.
Его пальцы находят мой подбородок.
— Я знаю, Пэй. Хотел бы я знать, что с ней случилось после того Испытания.
Я быстро киваю, не желая задерживаться на этой мысли больше, чем следовало.
— Спасибо, — повторяю я. — Ты действительно становишься настоящим джентльменом.
— Только для тебя, дорогая. — Он нежно щелкает меня по носу, затем отступает, криво улыбаясь.
Я удивленно моргаю, глядя на его удаляющуюся фигуру.
— Куда ты направляешься?
Он поднимает руки, словно признавая поражение.
— Туда, где ты не сможешь меня мучить, Грэй.
— Мучить? Я еще даже не подняла на тебя свой кинжал, — возмущаюсь я.
— Ты, что, совсем не понимаешь, насколько разрушительна? — горько усмехается Кай. — Тебе не нужен клинок. Я истеку кровью, стоит тебе только попросить.
— Тогда я не буду просить тебя об этом, — сурово возражаю я.
— Нет, не будешь. — Он выходит в коридор, бросая свою следующую осуждающую фразу через плечо: — Как моя королева, ты можешь приказать.
Глава пятьдесят первая
Кай
