Она хочет тишины. Хочет побывать наедине с этой скорбью. И когда она будет готова, ее жених и его брат будут рядом, чтобы помочь.
— Мы так и не попрощались с ней. — Шепчет Пэйдин про себя. — Но, по крайней мере, мы могли поделиться тем, как сильно любили ее.
Она долго не отпускает нас, прежде чем осторожно поднимает руку к стеклянному взгляду Владетеля. Она нежно прикрывает его глаза, даря мирный конец, которого он не получил на арене. Оцепенев, Пэйдин разглаживает жилет и откидывает с его холодного лба выбившиеся пряди волос.
— Позаботься о ней ради меня, — шепчет она, касаясь его бледной кожи. — Позаботься о ней, Мак.
Я почти не слышу, как она в последний раз грустно шепчет:
— Увидимся в небе.
Глава пятидесятая
Пэйдин
Я едва помню, как покидала подземелья.
Еще хуже помню возвращение в свою комнату.
Когда я узнала его, мне стало тяжелее.
У трупа было имя.
Мак.
МАК.
Мертвым имена ни к чему.
Последняя частица Адины умерла на моих руках так же, как и она сама.
Он носил ее жилет, который теперь согревает его мертвое тело.
Мак.
Элли говорит, что сегодня утром узнала о том, что на арене был не Кай.
Я говорю ей, что знаю.
Думаю, я эгоистка, раз воскрешение Кая приносит такое облегчения.
Почему моя любовь заслуживает жить, а любовь Адины — нет?
Но теперь они вместе украшают небо.
Я начинаю понимать, что это и было его желанием.
Он лишь хотел увидеть ее в небе
Водопад белого струится по моему телу.
— Ты как, почти закончила? — с легкой тревогой спрашиваю я.
Заглядывая через плечо, Элли вздыхает, глядя на меня в зеркало перед нами.
— Тут, наверное, сотня пуговиц.
Я качаю головой, пока она наклоняется и возвращается к тщательной работе. Мой взгляд блуждает по платью, прослеживая изящную линию, прилегающую к телу. Мягкая белая ткань плотно облегает меня, а поверх нее ниспадает слой тонкого кружева. Скопления мелких цветов украшают платье, взбираясь по широким лямкам на плечах и спускаясь вниз длинными лентами.
Это идеальное воплощение чистоты.
И я не уверена, что именно я должна это носить.
— Готово, — объявляет Элли, выпрямляясь. — Ты будешь такой красивой невестой.
Я сглатываю, с трудом заставляя себя улыбаться.
— Но, — продолжает она мягко, не замечая моего дискомфорта, — мы еще не закончили. Если хочешь, я могу попросить портниху немного расширить лямки?
Часть шрама все еще выглядывает из-под ткани. Я провожу пальцами по изуродованной коже, глядя на странный контраст между нежностью и враждебностью.
— Может быть, — говорю я отстраненно. — Не уверена, что…
Легкий стук в дверь прерывает мой неуверенный ответ. Я резко поворачиваюсь на звук и улыбаюсь вошедшему. Калум стоит в дверях, слегка улыбаясь.
— Разве сейчас неподходящее время, чтобы пожелать будущей королеве всего наилучшего?
Я машу ему рукой, а Элли отступает, оставляя нас наедине.
— Нет, вовсе нет. Наоборот, я рада, что ты здесь.
— Да? — Он подходит ко мне, светлые волосы ярко блестят в лучах заходящего солнца, льющихся через окно. — Надеюсь, ради хороших новостей.
Моя улыбка едва заметна.
— Ну, видишь ли… — Я играю с кольцом на большом пальце. — Ты мне почти как отец. И я подумала, не мог бы ты…
— Для меня будет честью сопроводить тебя к алтарю, Пэйдин, — торжественно кивает Калум.
— Правда? — я выдыхаю. Впервые за долгое время снова чувствую себя маленькой девочкой. Снова
— Конечно. — Его пристальный взгляд скользит по элегантному платью, затем возвращается к моему лицу. Я замечаю, как он сглатывает. — Ты действительно похожа на свою мать.
Пока я не вспоминаю правду.
— Да, — вздыхаю я. — Я так и не рассказала тебе о дневниках моего отца.
Глаза Калума пристально смотрят на меня, словно выискивая скрытые мотивы. Он моргает, а его голос смягчается:
— Адам не был твоим отцом.
— Похоже, что нет. — Я качаю головой, взгляд опускается на кольцо на пальце. — Его жена умерла при родах, а через неделю у него на пороге появилась я. Просто еще одна ненужная Обычная. Так что… кто знает, похожа ли я на свою настоящую мать.
— Адам мне об этом не рассказывал. — Долгая пауза, затем он добавляет: — Он писал о чем-нибудь еще в дневнике?
Я качаю головой.
— В основном он описывал своих пациентов и рост Сопротивления. Но если там что-то и было, то на страницах, которые я использовала для розжига в Святилище Душ. — Я скептически смотрю на него. — Почему ты интересуешься?
Калум слегка улыбается.
— Просто любопытство старого друга.
— Хм. — Я играю кольцом. — Но ты считаешь, что я похожа на Алису, жену моего отца?
— Судя по немногим ее фотографиям, да, — отвечает он тихо. — А теперь мне пора на встречу с Киттом, но я обязательно сообщу ему, как ты красива в свадебном платье. Розы из моего сада будут отлично смотреться с ним.
Это заставляет меня остановиться.
— Твой сад? Как ты умудрился что-то вырастить за столь короткое время?
Он отступает.
— Ну, за это спасибо Блумам. Именно они заставили мои цветы расти.
— Понятно. — Я бормочу, а затем спешно добавляю: — Спасибо. За все.
Он кланяется, бросая последний взгляд.
— Надеюсь, ты не скрываешь этот шрам. Его нужно показывать всем.
