«Мария Ивановна, вы разрешаете мне влюбиться в вас?» – нет, это глупо! Я лучше так скажу: «Мария Ивановна! Хорошо ли, что наша дружба перешла вон во что!» Нет, так тоже не годится! Вообще надо её поцеловать, но сделать это надо постепенно. Неожиданно нельзя.
Ил. Сем. – Петя, к тебе сегодня никто не придет?
Петр Михайлович – Нет, придет, дядя.
Ил. Сем. – Кто?
П.М. – Одна знакомая дама.
Ил. Сем. – А я шел сейчас по улице и думал, что бы если у людей на голове вместо волос росла бы медная проволока?
П.М. – А зачем дядя?
Ил. Сем. – А здорово было бы! Ты представь себе, на голове вместо волос яркая медная проволока! Ты знаешь, тебе это было бы очень к лицу. Только не тонкая проволока, а толстая. Толще звонковой. А еще лучше не проволока, а гвозди. Медные гвозди! Даже с шапочками. А знаешь что? Лучше не медные, это похоже на рыжие волосы, а лучше платиновые. Давай закажем себе такие парики!
П.М. – Нет, мне это не нравиться.
Ил. Сем. – Напрасно. Ты не вошел во вкус. Ах!
П.М. – Ну смотри, сейчас ко мне придут гости, а ты всё тут перебил. И скатерть вся мокрая.
Ил. Сем. – Скорей Петя, снимай всё со стола. Мы повернем скатерть тем концом сюда, а тут поставим поднос.
П.М. – Подожди, не надо снимать.
Ил. Сем. – Нет нет, надо повернуть скатерть. Куда это поставить?
П. М. – Что ты хочешь делать?
Ил. Сем. – Сейчас. Сейчас!
П. М. – Дядя. Дядя! Оставте это!
Это она!
Ил. Сем. – Скорей поворачивай скатерть.
П. М. – Ну зачем вы всё это выдумали!
Ил. Сем. – Тряпку! Все в порядке. Неси тряпку и иди отпирать дверь.
П. М. – Смотрите, вы рассыпали сахар!
Ил. Сем. – Это ничего. Скорей давай тряпку!
П. М. – Это ужасно.
Ил. Сем. – Я пролил тут немного вина, но сейчас вытру диван своим носовым платком.
П. М. – Вы лучше оставте это всё.
Оставте всё в покое!
Ил. Сем. – Ты скажи ей, что я твой дядя, или лучше скажи, что я твой двоюродный брат…
П.М. – Входите, Мария Ивановна. Это мой дядя. Познакомтесь.
Ил. Сем. – Я Петин дядя. Очень рад. Мы с Петей не успели накрыть на стол… Тише, тут на пол попал салат!
М. И. – Благодарю вас.
П.М. – Снимайте польто.
Ил. Сем. – Разрешите я помогу вам.
П. М. – Да вы, дядя, не безпокойтесь, я уже помогаю Марии Ивановне.
Ил. Сем. – Простите, тут у нас не накрыт ещё стол.
М. И. – Вы упадёте!
Ил. Сем. – Простите, тут, я думал, ничего нет, а тут эта скатерть упала со стола. Петя подними стул.
М. И. – Подождите, я сама снему ботинки.
Ил. Сем. – Разрешите мне. Я уж это умею.
П.М. – Дядя, вы лучше стул поставте на место!
Ил. Сем. – Хорошо хорошо!
Ил. Сем. —
П.М. – Ну вы просто дядя выдумали что то очень странное!
М. И. – Можно мне сесть сюда?
П.М. – Конечно. Конечно. Садитесь!
Ил. Сем. – Садитесь конечно! Конечно!
П.М. – Дядя!
Ил. Сем. – Да да да.
П. М. – Что это?
Ил. Сем. – Молоток.
М. И. – Что вы сделали? Вы достали его изо рта?
Ил. Сем. – Нет нет, это пустяки!
М. И. – Это фокус?
М. И. – Стало как-то неуютно.
П. М. – Сейчас я накрою на стол и будет лучше.
М. И. – Нет, Петр Михайлович, вы ужасны!
П. М. – Я! Почему я ужасен?
М. И. – Ужасно! Ужасно!
М. И. – Почему он ушёл на ципочках?
П. М. – Я очень рад, что он ушел.