Хакер Илья полагал, что проведенные годы в тюрьме за несовершенное преступление – ничтожная плата судьбе за безоблачное детство, дружную семью и любимое занятие, но… Появление в городе парня настораживает людей, причастных к убийству десятилетней давности, и руками главы следственного комитета они пытаются обвинить Илью в серийных убийствах. Илья понимает, что те, кто уже однажды отправили его в тюрьму, планируют упрятать его повторно, но уже навсегда. Желаниям парня – исцелить сестру и дочь, восстановить компьютерную фирму отца и разыскать настоящих преступников, похоже, не суждено сбыться. Притом обман жены, измена близких, предательство друзей и жестокие пытки, поселившегося внутри астрала, туго затягивают петлю на шее парня. Что противопоставить несправедливости? Обиду, злость или войну за свое честное имя и родителей. Парень избирает беспощадную борьбу – борясь с собой, астралом и обществом. Трудно предсказать, кто выйдет победителем в этой борьбе.
Удар в спину и вспыхнувший невыносимо яркий свет, вырвали сознание Ильи из темноты. Частый дождь, барабанивший по лобовому стеклу, бегающие и орущие дворники не позволяли рассмотреть дорогу впереди. Напряжением воли парень пытался сфокусировать зрение, чтобы сквозь сплошной дождевой поток, хоть что-то рассмотреть или услышать. Далеко впереди, на левой стороне дороги, полоснула яркая молния. Нижний край которой закончился двумя ослепительными лучами, приближающимися со стремительной скоростью. Парень скорее почувствовал, чем услышал сигнал и увидел, мчащийся на него многотонный грузовик. Крепко ухватившись за рулевое колесо, Илья с профессиональной точностью, качнул руль вправо. Движение было естественным и уверенным, и полуторатонный Лексус моментально отреагировал на действие водителя, мгновенно отскочив к правой стороне дороги. Маневр был исполнен настолько филигранно, что многотонная армада пролетела в нескольких сантиметрах от бокового зеркала машины, не причинив ни малейших повреждений. Илья не был готов к подобной ситуации, но выполнил необходимые действия с завидным хладнокровием. Глаза буравили непроглядную тьму. Руки сжимали рулевое колесо до синевы в костяшках. Сердце колошматило грудь будто сумасшедшее. Парень проехал еще немного и через пару сотен метров остановил машину. Слегка дрожащими руками, он достал сигарету, закурил и опустил водительское окно на пару сантиметров.
– Стоп! – в голос произнес Илья. Вообще-то, он никогда не разговаривал сам с собой. Иногда, обдумывая очередную компьютерную проблему, Илья бубнил поднос знакомый мотивчик, но, чтобы разговаривать. Нет, никогда.
– Что это было? Где я? Как сюда попал? – вопросы сыпались как из рога изобилия, но ответов не последовало. А кому было отвечать? Вокруг непроглядная темнота. Впереди фары вырывали небольшой клочок дороги, который обильно поливался дождем. Капли с ожесточением барабанили по крыше, стеклу, кузову. Проливной дождь перемежевался с малюсенькими градинками, которые звонко разбивались о крышу машины и отскакивали в разные стороны.
«Так что же это было?» – немного успокоившись, мысленно, уже не первый раз, повторял себе парень все тот же вопрос.
Огонек сигареты, ярко отражающийся в лобовом стекле и слабо горящие показатели приборной доски, были единственными светлыми пятнами в салоне закрытой машины. Любопытный путник, заглянувший случайно снаружи, удивился бы летающему по салону красному огоньку. Любые попытки угадать кто находиться в салоне были обречены на провал. Илья, рассматривая огонек на лобовом стекле, поймал себя на мысли, что не помнит события, предшествовавшие несостоявшемуся столкновению. Он пытался, но будто натыкался на пропасть, и ничего вспомнить не мог. Докурив, он открыл водительскую дверь и вышел навстречу проливному дождю. Его сразу окатила волна леденящего душа. Джинсовая рубашка из шамбре, моментально промокла. Джинсы из денима продержались ненамного дольше. Даже плотные кроссовки фирмы «Адидас» через минуту полностью вымокли. Только это нисколько не заботило Илью. Он, приглаживая вымокшие волосы, почувствовал, как вольно дышится. Как голова освобождается от неприятных ощущений и постепенно восстанавливает память. Парень не только это ощущал, но и почти физически чувствовал, как мягкая волна успокоения расплывается по мозговым извилинам будто мёд после выкачки.
Обряд дождевого омовения выполнил свое предназначение. Закрыв дверь машины, парень прикрыл глаза и прислонился к капоту, подставляя разбушевавшемуся дождю барабанить по лицу, глазам и предательски затекать под рубашку. Ударами по закрытым векам капли пробуждали в Илье мельчайшие фрагменты жизни, отражаясь на темной сфере глазного яблока яркими пятнами. После они группировались в целые эпизоды. С каждым фрагментом скорость их появления увеличивалась в несколько раз и вот уже через несколько минут полная картина жизни прокручивалась в голове Ильи, сменяя друг друга как эпизоды старого кино. Этих несколько минут хватило, чтобы вымочить парня до нитки и заморозить до дрожи. Парень вернулся в салон. Посидел немного. После быстро скинул свитшот, обтерся насухо и забросил худи на заднее сидение. Мимолетом глянул на циферблат часов, которые показывали двадцать два часа тридцать минут. Завел машину и направился к родному Гродно.
