Ты урод, граф! После того, что Ээмери показал на поле, хорошо, что мы с отморозком с ним не схлестнулись. Тот ещё тёртый калач этот Ээмери. Я бы от него без вопросов вдул. Антеро, скорее всего, тоже бы проиграл. Не думаю, что ему так же второй раз фортануло бы с кистенём. А графу, скотине, наших побед мало.
– Ваша светлость, всё в руках богов, – чуть помявшись с ответом, высказал мой отморозок, косвенно говоря, что не всё в нашей власти.
Ух ты, Антеро впервые богов поминает при мне. Надо будет при случае его расспросить, во что тут верят. Бродяга ещё тот молчун, а я в своих странствиях как-то вопросами теологии не увлекался. Какое-то время мне казалось, что тут ни в кого не верят, но после я понял, что так не бывает. Люди всегда во что-то или в кого-то верят, даже если они атеисты. Просто атеисты верят, что они не верят ни во что и ни в кого. Атеист такой же верующий, но со знаком минус.
– Я всё понимаю, – смягчился граф. – Но знай, что я недоволен. А тобой, юноша, я доволен. Как тебе турнир?
Кого это ты юношей назвал? Мы с тобой почти погодки, как мне кажется, но ладно – забуду. Похоже, слово «юноша» общее для всех недавно посвященных.
– Ваша светлость, всё хорошо. На турнире есть что запомнить. Уверен, что ни у кого из соседей нет ничего подобного, – начал я льстить и очень боялся переборщить с лестью. Какие ещё я турниры видел?! Никаких. Интуиция только работает, что вложился граф с учётом его экономической мощи больше, чем остальные.
– Все слышали! – обратился к баронам граф. – Даже бывшие варвары понимают блеск нашего двора!
– Слава графству Илмар! – крикнул кто-то из подхалимов, но, впрочем, этот крик не был поддержан. Граф и часть баронов поморщились.
Как же! Покричи, дурак, тут, когда голова раскалывается от любого громкого звука. Похмелье, мать его так!
– Граф, разрешите к вам обратиться с просьбой, – начал я ковать железо, пока горячо и граф не сменил милость на гнев. – Позвольте поприсутствовать рядом с вами, иначе я боюсь, что никогда не узнаю, как быть настоящим дворянином. Откуда мне это узнать, если столь великих людей я вижу не так часто.
Лесть, конечно, галимая, но, думаю, сойдет. Нужен ты мне, граф, как телеге пятое колесо. Я тут по душу Тазари.
– Все слышали! – воскликнул опять граф, обращаясь к баронам. – Вот как надо говорить комплименты! А ведь это бывший варвар! Он никогда не был в столице и выражается лучше, чем некоторые! И это несмотря на то, что язык ему не родной! Высечь учителя словесности для моей дочери! Хотя нет! Высечь всегда успею… Оставайся! И ты, Антеро, оставайся и подумай, как быть…
Граф отвлёкся на то, что происходило на поле боя. Бароны внимали вслед за графом.
Новый этап турнира. Трое на трое. Сходятся, точнее съезжаются.
За полем я не следил. Если я хоть что-то понимаю в этой жизни, то сейчас должны выступать не самые лучшие бойцы. Из-за Ээмери лучшим бойцам сейчас надо передохнуть, конечно, при условии, что против барона из Вирмирта выставляют лучших. Как я думаю, сейчас должен быть бой середняков или лузеров. Лучших приберегут для встречи с тёмной лошадкой турнира, чтобы воду не мутил в этом болоте.
Я старался встать поближе к Тазари. Сановникам не полагалось сидеть, но вот вином их не обидели. Мы с Антеро переглянулись и взяли у лакея кубки. Борзеть надо тоже в меру, как бы не перебрать больше двадцати одного.
Тазари, к моему удивлению, стукнул правой ногой при чьей-то удаче на поле и хлопнул себя трижды по правому бедру.
Что?! Среди этих недопесков?! Кто из троих?! Я стал взглядывать на поле. На поле была сумятица и мельтешение. Так кто из них?!
Через какое-то время рыцари разъехались по своим углам, чтобы отдышаться. Двое со стороны победителей и трое против них. Кто?! Думай! Из двоих выбирать проще, пятьдесят на пятьдесят.
– Простите! Ваша милость, а кто на поле? – спросил я у какого-то барона, воспользовавшись паузой в бою. Он, на моё удивление, не отличался снобизмом и снизошел до ответа. Велик дух спортивных состязаний, все на время забывают о сословиях.
Имена троих против правой стороны я просто пропустил мимо ушей. Двое на правой стороне – это суть. Один простой рыцарь, но со своим феодом, второй – наследный сын одного из баронов.
Кто же из двоих?! Как-то даже смешно выбирать.
– Ставлю против любого одного! Десять золотых монет, что рыцарь Эйно победит в этом заезде! – услышал я свой голос. Спасибо бродяге, объяснил мне вчера, как тут принято делать ставки.
Вот я выдал! Сам от себя не ожидал. Так-то ставки обычно говорят шёпотом на ухо собеседнику или покупают билет в кассах графа, но что от меня ожидать, варвара!
Эйно – то ещё паршивое имя. Этой урод вчера цитирую: «…знатно её обкатал. Будет к кому в гости заезжать…» Не верю, что этот придворный хлыщ кого-то может уделать, пил вчера как сивый мерин и вообще он из компании здешней золотой молодёжи, но надо верить Тазари.
Над моим возгласом раздались смешки. Может, виной мой акцент, а может, и то, что я опять в чём-то накосячил на какой-то мелочи.
