После обеда Алексей объехал с Первенцовым все ближайшие окрестности, побывал в Покровском и еще двух деревнях поблизости, но никаких слухов, которые могли бы навести на след похитителей, уловить не удалось. Правда, к его удивлению, о баронессе отзывались совсем неплохо, а вот барона недолюбливали. Говорили, что он жаден и чуть ли не по золотникам отвешивает хлеб своим слугам и работникам. Алексею этого не показалось, но он предпочел не спорить. Тем более исправник эти слухи подтвердил. К тому же он предложил передать Алексею список всех проживающих в имении людей.
Вернувшись в усадьбу, Поляков снова пригласил управляющего и попросил дать точный список всей прислуги, как находящейся сейчас в доме, так и служившей в нем последние годы. Попутно он отметил, что поведение управляющего разительно изменилось. Лицо его, прежде надменное и неподвижное, расплылось в угодливой улыбке. Он с готовностью откликнулся на просьбу Алексея.
— Что вы! Конечно! Сей момент все будет исполнено.
Я человек аккуратный и веду особую книгу. Если угодно, то я на полях отмечу, когда тот или иной человек был уволен и по какой причине.
— Угодно! — ответил Алексей. — И как можно скорее!
Через час управляющий представил список в сорок три человека. Против большинства фамилий значилось: «уволен за хищение сладкого», «рассчитан за грубость», «лишен аккуратности и исполнительности», подобных записей набралось более тридцати. Никто из этого дома не уходил по собственной воле.
Но в списке не было имен людей, которые были бы повязаны преступным прошлым. Их не нашли ни Первенцев, ни Алексей. Впрочем, они могли проникнуть в дом под другими фамилиями, с фальшивыми документами.
Поздно вечером, отказавшись от ужина, исправник уехал, а Алексей снова вызвал к себе управляющего. Теперь он не скрывал своих намерений и, предъявив Петру свою карточку агента сыскной полиции, спросил:
— Скажите, любезный, полицейские лес за рекой тоже осматривали?
Управляющий непонимающе уставился на него, потом быстро закивал головой.
— А как же? Как же-с! Все осматривали-с. Сам уездный начальник вдоль и поперек обошел.
Наутро Первенцев появился снова и несказанно удивился, когда Алексей поинтересовался результатами осмотра берега и лесного массива на той стороне реки.
— Да мы его вовсе не обыскивали, — повинился исправник. — Лед на реке в то время вздулся, и мы не осмелились переправиться на другой берег.
— Но управляющий барона утверждает, что лес осматривали.
— Мало ли что он говорит, — уставился на него Первенцев. Лицо его покраснело от негодования. — Что-то он мозги заправляет! Давайте вызовем его сюда.
Алексей распахнул дверь и чуть не зашиб управляющего.
Тот отскочил в сторону и, согнувшись в поклоне, расплылся в подобострастной улыбке.
— Чаю… Не изволите-с выкушать чаю?
Подобная угодливость совсем не шла к его жесткому, волевому лицу.
— Благодарю! Не нужно нам чаю. — Алексей смерил его взглядом. — Заходите! Разговор как раз шел о вас!
Управляющий быстро прошел в комнату и остановился напротив кресла, в которое опустился Алексей.
— Ну, милейший, что же ты вводишь господина Полякова в заблуждение? — произнес сердито исправник и, сняв фуражку, вытер бритый череп огромным носовым платком. — Откуда ты взял, что мы осматривали лес за рекой? Вспомни, ты сам предупреждал, что накануне мужик на лошади с телегой под лед ушел.
— Что вы, господин исправник? Никого я не вводил в заблуждение! — Управляющий расплылся в улыбке и повернулся к Алексею. — Я совсем не то имел в виду. Я думал, вы спросили: бывал ли я сам в том лесу? Как же не бывал? Бывал, и не раз, на предмет грибов или пернатой дичи. Клюква к тому же там хороша. На болотах… Там сплошные болота…
— Все понятно! Иди! — приказал ему Алексей. Петр нагло, даже не скрывая этого, выкручивался или потому что был уверен, что никаких следов похищенного и похитителей не имеется, или посчитал Полякова за простака-горожанина, которого раз плюнуть обвести вокруг пальца.
Подозрения против управляющего только усилились, но Алексей решил сделать вид, что поверил ему, и не торопить события, чтобы не спугнуть наглеца.
Исправник протянул ему бумаги.
— Извольте, вот список служащих и проживающих в имении господ за последние три года. Я взял его в волостной полиции.
Алексей сравнил оба списка и тотчас наткнулся на имя, которое не упоминалось у управляющего.
— Федот Бурцев, — прочитал он в полицейском списке. — Уволен год назад за прелюбодейство с горничной. Что это значит? — поднял он глаза на исправника. — Он ее изнасиловал?
— Изнасиловал! — ответил неохотно Первенцев. — Да еще избил за то, что сопротивлялась и поцарапала его. Барон вычел у него половину жалованья в пользу бедной девушки и уволил его в тот же день.
— Какой он из себя? Как выглядит?
— Я видел его пару раз, но, честно скажу, не приглядывался. — Исправник снова протер голову носовым платком.
Алексей достал бумагу с портретом Барина.
— А это, случайно, не он?
