Бета-тест (ЛП) полностью

Рави почти сразу же пожалел о порыве позволить Тристану сесть за руль. Не то, чтобы он устал от вождения — молодой человек пересекал страну достаточно часто, чтобы знать, как поспевать за ритмом, и, несмотря на то, что сказал, он не был в зоне риска забыться или заснуть. Нет, скорее мужчина хотел подарить Тристану долю уверенности. Парень был таким собранным на работе, никогда не сомневался в своей способности удержаться на поверхности даже самых крошечных деталей, и Рави чувствовал странное желание увидеть его с той же уверенностью в других жизненных вещах.

Например, в пении. Друзья Райана, Хавьер и Фрэнк, серьёзно наложили бы в штаны от желания заполучить Тристана в Мужской гей-хор. Но парень вёл себя так, будто его пение могло стать оскорблением для чувствительных барабанных перепонок. Или, может быть, дело было в чувствительных родителях. И Рави знал, каково было быть под семейным "башмаком", так что, не собираясь разводить большую совместную сплетню, он хотел придать Тристану больше уверенности в его независимости. Никаких "мамочка и папочка не разрешают мне ездить на долгие дистанции". Парню было двадцать четыре, чёрт подери.

Но Тристан выглядел более чем просто слегка бледным, пока забирался за руль после того, как они заполнили бак бензином.

— Значит, это не сильно отличается от вождения большого внедорожника?

— Не-а. Я был в шоке в первый раз, когда ехал на грузовике в колледж, но быстро пришёл в себя. Просто доверься себе.

— Ла-а-адно, — протянул Тристан, заводя грузовик. Они покачнулись вперёд, когда Тристан быстро затормозил не более чем из-за ветра. — Прости. Просто пробую тормоза.

— Всё нормально, — Рави придал себе более терпеливый вид, чем чувствовал.

Тристан направил машину прямо, и тонкая линия его губ изогнулась в неуверенной улыбке. Ну, по крайней мере, так было, пока он не подпрыгнул на бордюре, оказываясь на тротуаре, ведущем обратно на автомагистраль.

—Упс. Ох, дерьмо. Может быть, за руль следует сесть тебе.

Может быть. Рави упрямо покачал головой.

— Сделай петлю по этой объездной дороге, прежде чем выехать на шоссе, но ты хорошо справляешься. Таким темпом, каким эта штука съедает бензин, мы скоро снова остановимся, тогда и сможем поменяться обратно.

Тристан пробормотал что-то еле слышно, затем сел прямее, упорно сжав челюсть. Хорошо. Рави нравилась эта решительная версия Тристана, даже если обычно это вело к планам из двадцати девяти шагов и стопке электронных таблиц. Тристан старательно справился с петлёй вокруг всей заправки и смешанных вместе киосков фаст-фуда на объездной дороге, затем с опаской направился к выезду на шоссе. Ему удалось влиться в крайнюю полосу, и он, наконец-то, по-настоящему улыбнулся.

— Я сделал это!

— Ага. И мы ещё живы, — пальцы Рави беспокойно барабанили по бедру. Наклонившись вперёд, он вытащил свой скетчбук (прим. пер.: скетчбук — это обычный альбом для набросков, который обязательно имеет каждый художник, дизайнер, архитектор и другие люди творческих профессий) из сумки-мессенджера, которая стояла рядом с сумкой Тристана. Из Тристана получился бы отличный суетливый младший офицер на космическом корабле. На старом, медленном и тяжёлом корабле с безразличным капитаном. Так что это он и нарисовал.

— Ты вредный, — вскоре сказал Тристан. — Я умираю от желания узнать, что ты рисуешь, но не собираюсь сводить взгляда с дороги.

— Ох, это просто случайные каракули, — соврал Рави. — Вероятно, я их зачеркну и начну что-нибудь другое.

—Ха-х. Тебе везёт, что мой учитель по вождению научил меня никогда, вообще никогда не смотреть на пассажира.

— И ехать пятнадцать миль на минимальной скорости?

Шея Тристана приобрела тёмно-розовый оттенок.

— Это, скорее, просто я.

— Ты бы очень хорошо поладил с моей старшей сестрой Лакшми. Она тоже нервный водитель. Сдавала экзамены в автошколе три раза.

— Я умею водить, — защищаясь, ответил Тристан. — Я сдал экзамен с первой попытки и всё такое. Просто...

— Ну? — подтолкнул его Рави, добавляя рога капитану космического корабля на своём рисунке.

— Мой старший брат погиб при ВСО (прим.пер.: вождение в состоянии опьянения), когда ему было девятнадцать.

Слова сорвались с языка Тристана так, будто он не совсем собирался это говорить.

— О боже, — Рави не был уверен, что ответить на это. Даже со всеми его проблемами в семье, он не мог представить мира без них. — Я понимаю, почему водить для тебя сложно. Сколько было тебе, когда это случилось?

— Одиннадцать. Я клялся, что не хочу водить, но родители всё равно наняли мне учителя по вождению. И всё равно они всегда побуждают меня быть... осторожным.

Скорее сдерживать себя за защитной сеткой. Рави удержал эту мысль при себе.

— Сейчас ты великолепно справляешься, — вместо этого сказал он.