В этом и заключалась проблема. Тристан хотел сохранить всё в тайне по одной простой причине — он слишком боялся пойти против своих родителей и жить своей жизнью. Но Рави не такой. Ему нужна секретность, лишь для того, чтобы не один из них не лишился работы, но если бы у него был парень, он хотел, чтобы это, вроде как, бросалось в глаза. Ему нужен кто-то, с кем Рави мог бы пойти на встречу с друзьями, тот, кем он мог бы везде и всюду хвастаться. И Тристан, очевидно, этим "кем-то" никогда не будет. Ему необходимо с этим заканчивать.
— Я тоже хочу быть твоим другом, — произнёс Рави негромко. — Но мне
— Может, перестанешь думать о том, что что-то обязательно пойдёт не так? — Тристан прижался к его губам нежным поцелуем. — Я тоже рискую. Но я... я не готов отказаться от всего этого.
Дрожь в голосе Тристана заставила Рави сделать это. Разбила в пух и прах логику и страх, оставив после себя лишь отчаянно желание добиться того, чтобы тот улыбнулся, дать ему понять, что он не единственный, кто обнажает свои чувства.
— Я тоже.
Рави открыл глаза как раз в тот момент, когда лицо Тристана озарилось улыбкой, и от этого зрелища его сердце странным образом затрепетало. "Я так чертовски облажался".
Глава 19
Ночь понедельника была одной из тех, в которые Рави был занят своей волонтёрской деятельностью, поэтому Тристан сидел дома один, стирая простыни. Потому что именно это тебе приходится делать, когда твой тайный "не бойфренд" тусуется в твоей квартире всю неделю, и у тебя было три ночи, весьма изобретательного и очень даже не плохого секса — стирать
Ему неизвестно, как поступают в подобном случае другие парни, но если Рави продолжит в том же духе, то ему предстояло
— Привет, мам. Какой сюрприз.
Его мать обычно звонила каждую вторую пятницу, в промежутке между своим теннисным матчем и ужином с отцом. В его первые несколько семестров в колледже она звонила немного чаще, интересовалась его жизнью, друзьями, но теперь её звонки стали рутинными и носили, скорее, светский характер.
— Приятный, я надеюсь? — мать рассмеялась, прежде чем он смог ответить. — Я не отниму у тебя много времени. Просто хотела, чтобы ты услышал последние новости от меня, а не прочёл досужие домыслы в какой-нибудь низкопробной газетёнке.
— Ты уже приняла решение? — Тристан опустился на стул в прачечной. Он
— Комитет был
Но иногда он был заведомо известен.
— Люди любят тебя, мам. Уверен, ты справишься.
Трис ни на йоту не соврал. Она была общительна, уверена в себе и очаровывала каждого, с кем знакомилась, все те качества, которые не достались ему по наследству. Он будет просто "счастливчиком", если она выиграет эти выборы и ему ещё четыре года придётся беспокоиться о том, чтобы его личная жизнь оставалась тайной за семью печатями.
— Ох, замолчи. Теперь мне нужно, чтобы ты приехал на выходные, тринадцатого числа, в Пасадену. "Консервативная Лига Правосудия" устраивает благотворительный вечер в мою честь, там я сделаю официальное заявление и зачитаю предвыборную речь. Они хотят, чтобы присутствовала вся семья.
Тристан буквально вцепился в спинку стула. Запах хлорки ударил ему в нос, а твёрдое