—…Еще неопределенно, — продолжает Лабин, вернувшись к пульту. — Возможно, пославшие зонд ответственны и за Бета-макс, а возможно, и нет. Если да, они уже сделали свой ход. Если нет, они еще не готовы. Даже если им точно известно наше местоположение — а я в этом сомневаюсь — все равно, либо у них еще не все фигуры на доске, либо есть иные причины выжидать.
Он, не тратя больше взглядов на булькающее позади существо, возвращается к числам на экране. Кларк беспокойно косится на Нолан, однако намек Лабина прозрачен и ясен:
Я здесь главный. Принимай как есть.
— Какие причины? — спрашивает она, помолчав.
Лабин пожимает плечами.
— Сколько у нас времени.
— Будет больше, если не сидеть на месте, — Кен складывает руки на груди и скребет себе бока. Под его гидрокостюмом неприятно шевелятся мышцы и сухожилия. — Если они узнают, что их засекли, то волей-неволей начнут действовать, и скорее раньше, чем позже. Так что наше дело — выиграть время. Отредактируем память зонда и отпустим его, устроив мелкую поломку, которая объяснит задержку. Окрестности озера обыщем на предмет «жучков», сеть обрежем как минимум в полукилометре от «Атлантиды» и нашего трейлерного парка. Лэйн прав: вряд ли эти мины установил зонд, но, если все же он, детонатор расположен в пределах действия акустической системы.
— Хорошо.
Хопкинсон с заметным трудом отводит взгляд от павшей подруги.
— Итак… мы замиряемся с «Атлантидой», обрабатываем зонд и прочесываем округу в поисках других пакостей. Что дальше?
— Дальше я возвращаюсь, — говорит ей Лабин.
— Куда, на озеро?
Лабин слабо улыбается.
— В Северную Америку.
Хопкинсон удивленно присвистывает.
— Ну, наверно, если кто и сумеет с ними разобраться…
«Разобраться с кем?» — думает Кларк. Вслух этого вопроса не задает никто. С кем — это со всеми, кто остался там. Они. Они делают все, чтобы нас уничтожить. Они шпионят за Срединно-Атлантическим хребтом, высматривают своими близорукими глазами координаты для торпедного залпа.
Почему — тоже никто не спрашивает. У этой охоты нет причин: просто так они действуют. Не ищи корней — вопрос «почему» ничего не дает, причин не счесть, и мотивы есть у каждого, кто еще жив. Этот расколотый, биполярный микрокосм загнивает и заражает океанское дно, и все причины его существования сводятся к одной аксиоме: «А потому!».
И все же, сколько из здесь присутствующих — сколько из рифтеров, и даже сколько из сухопутников — по настоящему опустили занавес? На каждого корпа, чьи руки в крови, приходится много других: родных, друзей, обслуги при механизмах и телах — и эти не виновны ни в чем, кроме связи с первыми. И, если бы Лени Кларк с такой яростью не желала яростно отомстить, если бы не решила списать весь мир в побочные расходы — дошли бы они до такого?
«Алике», — сказала Роуэн.
— Нет, — качает головой Кларк.
Лабин обращается к экрану:
— Здесь мы, самое большое, можем тянуть время. Но этим временем надо воспользоваться.
— Да, но…
— Мы глухи, слепы, на нас напали. Уловка не удалась, Лени. Нам необходимо знать, с чем мы имеем дело, и какие для этого дела есть средства. Надежда на лучшее больше не вариант.
— Пойдешь не ты, — говорит Кларк.
Лабин поворачивается к ней лицом, вздергивает бровь — вместо ответа.
Она хладнокровно встречает его взгляд.
— Мы.
Он еще до выхода наружу успевает отказать ей трижды.
— Здесь нужен командир, — настаивает он, пока наполняется шлюзовая камера. — Ты подходишь как нельзя лучше. Теперь, когда Грейс выведена за скобки, у тебя ни с кем не будет проблем.
У Кларк холодеет внутри.
— Вот зачем это было? Она сделала свое дело, тебе надо было ввести в игру меня, вот ты и… сломал ее?
— Ручаюсь, ты бы обошлась с ней не лучше.
«Я убью тебя, Грейс. Выпотрошу, как рыбу!».
— Я иду с тобой, — говорит она. Люк под ними проваливается.
— Ты правда думаешь, что сможешь заставить меня взять тебя с собой?
Он тормозит, разворачивается и одним гребком уходит из луча света.
Кларк следует за ним:
— А ты думаешь, что сможешь обойтись вообще без поддержки?
— Лучше так, чем с необученной обузой, которая лезет в это дело по самым неразумным причинам.
— Хрена ты знаешь, какие у меня причины.
— Ты будешь меня тормозить, — жужжит Лабин. — У меня куда больше шансов, если не придется за тобой приглядывать. Если ты попадешь в беду…
— Ты меня бросишь, — перебивает она. — Мигом. Я знаю, какой ты в бою. Черт, Кен, я с тобой хорошо знакома!
— Последние события доказывают обратное.
Он не сумел ее поколебать. Она твердо отвечает на его взгляд.
Кен ритмичными гребками уходит в темноту.
«Куда он? — гадает Кларк. — В той стороне ничего нет».
— Ты не будешь спорить, что не подготовлена для такой операции, — доказывает он. — Тебя не учили…
