После душа я надел школьную форму – белую рубашку, чёрные брюки и серый пиджак – и отправился на кухню. Мама, как обычно, сидела за столом с чашкой кофе, глядя в окно. На улице было темно, туман окутывал всё вокруг, создавая таинственную атмосферу. Изредка слышалось пение птиц.
– Доброе утро, – сказала она.
– Сегодня действительно доброе утро, – ответил я.
Я налил воды в кружку и жадно выпил шесть кружек подряд. Прохладная вода освежила горло, каждая капля казалась живительной. Седьмую кружку я не смог допить.
– Сегодня ты в приподнятом настроении, – заметила мама, – Идёшь на свидание?
– Нет, только в школу.
– Тогда в чём причина? По утрам ты обычно ходишь с убийственным взглядом, а сегодня радостный.
– Мне приснился жуткий сон, и я рад, что проснулся. Только и всего.
Мама приподняла брови.
– Что же тебя так напугало? Ты обычно ничего не боишься. Что за сон тебе приснился?
– Вкратце, я убегал от убийцы.
Она взяла свой синий телефон, что-то написала в поисковой строке и начала читать.
– В соннике сказано: «Бежать от убийцы – к долгой жизни, но также это может означать долгое и изнурительное приключение». Теперь ты можешь считать себя долгожителем и авантюристом.
– Какие приключения? Поеду в другой город, а там те же люди, дома и машины. Разве что еда и люди будут немного другими. Но в остальном всё останется таким же – однообразным и скучным, словно перемена места ничего не изменит.
– У тебя слишком пессимистичные взгляды на мир, сынок.
– Объясни, как ты определяешь моё настроение, если моё лицо всегда бесстрастное?
– Я знаю тебя с детства, а в молодости любила играть в покер.
– Всё понятно, – сказал я, – Скажи, мам, я в последнее время ничего странного не делал?
– Нет, а что? Что-то случилось?
– Мне начинает казаться, что у меня появляются сверхчеловеческие способности. Скорее это галлюцинации, а не сверхчеловеческие силы, и всё же внутри у меня теплится надежда.
Мама улыбнулась.
– Тебя похитили инопланетяне? Укусил радиоактивный таракан? Тебе на голову упал метеорит с инопланетными технологиями? Ты подружился с древним магом? Переел волшебных грибов? Или нашёл древний артефакт? Что бы ни случилось, ты явно уже не тот, кем был раньше.
– Я не шучу. Это не смешно.
– Ты ничего запретного не употреблял?
– Нет. Мои видения слишком реалистичны, словно они из другого мира.
– Не переживай. Если ты сойдёшь с ума, у меня достаточно денег, чтобы вылечить тебя или содержать тебя здесь со слугами, – успокоила она меня.
– После твоего ответа я перестал беспокоиться. Теперь мне не страшно сойти с ума.
– Люди, которые боятся сойти с ума, чаще всего сходят с ума. Так что расслабься и плыви по течению. Страх – это петля, которая затягивается, если пытаться вырваться, – произнесла она весьма мудрые слова, которые умиротворили мои внутренние сомнения.
– Спасибо, – сказал я.
Книга: Бетельгейзе
Автор: Байзо Альбион
Глава 3
Я шёл в школу ранним утром. На улице было темно, и только уличные фонари освещали мой путь, словно указывая дорогу.
Постепенно над горизонтом поднималось солнце. Ночная тьма рассеивалась, уступая место мягкому свету рассвета. Один за другим гасли фонари – больше не нужные, ведь день вступал в свои права.
Когда-то я не любил тёмные и морозные утра, но теперь относился к ним равнодушно. Сегодняшний холод не пробирался сквозь слой зимней одежды, не крал у меня тепло, а ветер больше не казался хищником, вытягивающим из меня последние силы. Темнота перестала тревожить своей загадочностью – будто я уже знал, что скрывается в её глубине. Осторожность, с которой я раньше всматривался в мрачные уголки города, уступила место странному спокойствию.
Но всё же в тени домов кто-то прятался – безмолвный, неподвижный, неправдоподобно спокойный. Это ощущение неправильности настораживало. Казалось, сама ночь таила что-то зловещее. Ветер гулял по узким улочкам, нашёптывая о скрытых опасностях. Голые деревья шелестели под его порывами, добавляя нотку тревоги. Даже хруст листьев под ногами звучал слишком громко, будто выдавая моё присутствие.
Но сегодня этого напряжения не было. Ни страха, ни тревоги – словно их никогда и не существовало.
Мимо меня бесшумно пролетела зимняя бабочка, едва различимая в полутьме. Она казалась почти нереальной, хрупкой, эфемерной – предвестницей скорого снегопада. Вскоре с неба, вероятно, посыплется первый в этом году снег.
– Говорят, зима будет особенно холодной, – услышал я чей-то обрывистый разговор.
– Да, похоже, нам придётся несладко...
Я шагал по брусчатой мостовой, но мыслями всё ещё был в недавнем кошмаре. В том сне бледнокожий человек голыми руками пронзил мой живот, оставив во мне зияющую дыру.
Большую часть снов мы забываем, словно капли воды, исчезающие на раскалённом песке. Но этот сон не растворился. Он остался во мне, сохранился до мельчайших деталей. Я мог в любой момент вновь прожить его – настолько отчётливо он отпечатался в памяти.