– Я дал каждому из них хорошую долю твоих денег, – сказал Джокер. – Я уверен, что ты не будешь против. Верность можно купить.
– А ты не такой сумасшедший, каким кажешься.
Джокер соскользнул вниз с кучи денег.
– Я человек слова, – Джокер вытянул прямую ладонь перед его глазами и пристально огляделся по сторонам. – Но где итальянец?
Прикуривая сигару, Чечен пожал плечами.
– Нам больше достанется, – сказал он, выпуская изо рта голубоватый дым. – Что ты будешь делать со всеми этими деньгами, Джокер?
Джокер исчез за грудой денег и возник с другой стороны, держа канистру с горючим.
– Я люблю простые вещи. Мне нравится порох, динамит. – Он выплеснул жидкость из канистры на деньги. – Бензин. – Чечен бросился вперед и остановился лишь тогда, когда Джокер приставил пистолет к его щеке.
– Знаешь, что у них общего? – продолжил Джокер. – Они дешево стоят.
– Ты обещал сдержать свое слово.
Джокер вытащил сигару изо рта Чечена.
– Именно это я и делаю.
Он метнул дымящуюся сигару в кучу денег.
Чечен в ужасе смотрел на зелененькие бумажки, полыхающие в огне.
– Я сжигаю лишь только свою половину, – сказал Джокер. – Хотя, конечно, твоя половина сгорит вместе с ней. Боюсь, что уже ничего нельзя изменить.
Чечен, не отрываясь, смотреть на огонь.
– Ты заботишься только о деньгах, – сказал Джокер. – Этот город заслуживает преступников более высокого класса, и я дам их ему. – Теперь это мой город. Скажи своим людям, что теперь они работают на меня.
– Они не будут работать на урода!
Джокер вынул нож из-под жакета и бросил его одному из парней. Разрежьте его на куски и предложите его маленькой принцессе. Покажем ему, какой верной может быть голодная собака.
Двое других схватили Чечена.
Деньги догорали, огонь почти достиг того места, где лежал Лао.
– Дело не в деньгах, – сказал Джокер. – Дело в том, чтобы донести свое сообщение.
Лао закричал, когда Джокер вытащил из его кармана мобильный телефон.
В это вечернее время многие жители Готэма сидели перед телевизорами, некоторые смотрели повторы вечерних ток-шоу и мультиков, но большая часть смотрела общеновостной канал, где Майкл Энджел брал интервью у Колмана Риза. Даже не очень разбирающиеся в журналистике жители Готэма понимали, что Энджел затягивал рассказ, задерживая важное разоблачение, которое намеревался сделать Риз, заставляя его отвечать на телефонные звонки в эфире.
– ...сколько ты получишь за то, что скажешь, кто на самом деле Бэтмен, – спрашивал Риза сердитый зритель.
– Я делаю это не из-за денег, – сказал Риз, глядя прямо в камеру.
– У нас есть звонок в студию, вы в эфире, – сказал Энджел.
Низким голосом заговорил человек:
– Харви Дент не хотел, чтобы мы сдавались этому маньяку. Вы думаете, вы умнее его?
– Вот еще одно мнение, – сказал Энджел, таким же невозмутимым тоном, как если бы он участвовал в школьных дебатах. – Дент не хотел, чтобы Бэтмен выдавал себя. Вы уверены, что поступаете правильно?
Также откровенно Риз ответил:
– Если бы сейчас Дент мог говорить, возможно, он был бы другого мнения.
– И мы желаем ему скорейшего выздоровления, – подхватил Энджел, являясь в этот момент образцом искренности. – Видит Бог, мы очень нуждаемся в нем сейчас. Давайте ответим еще на один телефонный звонок.
Раздался голос с фальцетом, похожий на голос пожилой женщины:
– Мистер Риз, как вы думаете, что ценнее, одна жизнь или сотня жизней?
– Думаю это зависит от этой жизни, – ответил Риз с легкой улыбкой на лице.
– Хорошо, представим, что речь идет о вашей жизни. Стоит ли ваша жизнь больше, чем жизни нескольких сотен других людей?
– Конечно нет, – ответил Риз возмущенно.
– Меня радует то, что вы так думаете. Потому что я заложил бомбу в одну из городских больниц. Она взорвется ровно через шестьдесят минут, если за это время никто не убьет тебя.
– Кто ты? – потребовал ответа Энджел.
– Всего лишь обеспокоенный гражданин, – фальцет исчез, голос понизился на октаву: – обычный парень. У меня было свое видение этого мира. Мир без Бэтмена. Толпа пытается получить свое, а полиция пытается остановить толпу, одну группу за другой... и это было так..., скучно. И я изменил свои намерения. Я не хотел, чтобы мистер Риз все испортил, но почему только я должен получать удовольствие от этого веселья? Давайте дадим кому-нибудь еще возможность...
Риз поднялся со стула. Энджел положил руку на его плечо и усадил обратно.
– Если Колман Риз не будет мертв через шестьдесят минут, тогда я взорву больницу. Конечно, вы можете убить себя сами, мистер Риз. Но это будет очень великодушный поступок. Вы же адвокат.
Раздался громкий щелчок и звук тональных гудков телефона.
Полицейские из Отдела по борьбе с особо тяжкими преступлениями поочередно дежурили у телевизора, на всякий случай, если вдруг Джокер захочет сделать еще одно заявление, и они не были разочарованы. Детектив Мерфи сидел у экрана, хрустя картофельными чипсами, когда женщина начала свою речь. Он сразу понял, что происходит, и крикнул, чтобы остальная часть команды, включая Гордона, присоединилась к нему. Гордон тотчас же среагировал.
