Полина мысленно пожала плечами – она выяснит это завтра, когда мистер Барнс встретится с комитетом. К тому же не всегда очевидно, когда и как кто-либо связан с волшебным миром. Один работавший в комитете пожилой джентльмен однажды обнаружил, что магия существует. Это случилось, когда сын и невестка погибли в автомобильной аварии, оставив ему троих внуков-волшбников. Полина не могла представить, как можно так внезапно поверить в существование магии.
Она всегда знала о магии. Гермионе было шестнадцать, когда родилась Полина, и, хотя она никогда не была близка с сестрой, всегда знала о способностях Гермионы. Именно беседы со сестрой подтолкнули ее с началом политической карьеры заняться отношениями магглов и волшебников. Гермиона, конечно, никогда бы не признала, но каждый в волшебном мире, включая великого Профессора Грейнджер (Уизли), имел корыстный интерес в отчаянной необходимости опровержения. Полина наивно думала, что сможет изменить отношение со стороны волшебников, но потом осознала, что такие изменения должны начаться внутри волшебного мира, и потеряла большую часть энтузиазма.
***
Сделав несколько звонков, включая переговоры с госпиталем о более длительном отсутствии, Дэвид созвонился с родителям Кэтрин и сообщил, что они вскоре будут. Завершив дела, он посадил девочек в машину и повез к Тейлорам. Майкл, ожидая их, стоял во дворе.
Дэвид подхватил сына на руки и начал расспрашивать о проведенном дне, как и всегда, когда он возвращался домой, к детям.
– Мы с бабушкой смотрели фотографии мамочки, – торжественно ответил Майкл.
– И тебе понравилось? – спросил Дэвид, сердце которого болезненно сжалось.
Майкл кивнул:
– Бабушка плакала. Я видел мамочку совсем маленькой. Она играла в песочнице.
Дэвид невесело рассмеялся и вошел в дом, где его тут же окружили замечательные запахи ужина.
***
Помогая Рейчел убирать со стола, Дэвид спросил ее, как Майкл весь день вел себя. Рейчел улыбнулась ему:
– Сегодня довольно хорошо. Но… – она смущенно замялась, – он говорил такие странные вещи.
Дэвид сдержал вздох и спросил:
– Какие именно?
– Ну, он сказал, что видел, как Кортни превратила спичку в иголку.
В это раз Дэвид позволил себе вздохнуть.
– Рейчел, мне нужно кое-что рассказать тебе и Джексону.
Та проницательно посмотрела на него, и Дэвид отшатнулся – до того это выражение было ему знакомо – он знал, что Кетрин унаследовала его от своей матери. Рейчел резко кивнула и быстро закончила уборку.
Они собрались в гостиной, Майкл уснул на коленях у Дэвида, и тот мягко начал:
– Рейчел, Джексон, вы ведь знаете, что очень долго я скрывал свое прошлое.
Они оба кивнули.
– Частью этой тайны было то, что я… – он на секунду замолчал, собираясь с мужеством. – Я – волшебник! – выпалил он.
Они заморгали.
– Кто? – переспросил Джексон.
– Волшебник. Я владею магией. Майкл – тоже. Кортни и Амелия – обе ведьмы. Школа, в которую ходит Кортни – школа магии. Там мы и жили с тех пор, как Кэтрин… Вот почему это случилось, – почти неслышно добавил он.
– Волшебный мир – это прошлое, скрываемое мною от себя и от других.
Он посмотрел на чету Тейлоров, сидящую перед ним и старающуюся понять. Оба смотрели на него, как на душевнобольного. Тогда Дэвид вынул волшебную палочку, создал цветок и подарил его Рейчел. Та от удивления и благоговения раскрыла рот. Джексон же, наоборот, потерял сознание.
***
Объяснения заняли несколько часов. Было уже поздно, когда они вчетвером вернулись в Хогвартс. Отослав Амелию и Кортни в свои комнаты и уложив Майкла спать, Дэвид устало поднялся в кабинет Дамблдора. День был очень напряженным и утомительным. Казалось, следующий будет нелегче.
После короткого стука и приглашения войти Дэвид застал Дамблдора в одиночестве. Младший мужчина удивлялся жизнестойкости директора – тому сейчас должно быть не менее ста семидесяти лет.
– Я, – прикрывая рот, Дэвид сдержал зевок и заговорил. – Мне надо поспать. Завтра встреча с Комитетом по Взаимодействию. Но завтра днем мы сможем поговорить?»
Альбус просто кивнул, и Дэвид потащился из кабинета директора в свои комнаты, где, не раздеваясь, упал на свою кровать и крепко уснул.
***
Едва рассвело, как Дэвид проснулся на удивление отдохнувшим. Он встал и, увидев свою одежду, скривился, быстро помылся, оделся в тоже самое (одежду уже успели почистить домашние эльфы) и вошел в гостиную. Майкл уже проснулся и болтал с маленьким созданием.
Дэвид недоверчиво смотрел на хлопающие уши:
– Добби? – выдохнул он.
Маленькое создание повернулось и стало с любопытством разглядывать его:
– Сэр знает Добби?
– Гм…
– Добби, это мой папа! – вскочив на ноги, заявил Майкл. – Он самый-самый лучший папочка в мире!
– Добби рад познакомиться, сэр! – поклонившись, ответил домашний эльф.
Дэвид все еще пристально смотрел на него и, наконец, медленно спросил:
– Ты все еще работаешь в Хогвартсе?
– Да, сэр, меня нанял директор, сэр.
– Ты бы хотел работать на меня?
– Сэр хочет, чтобы Добби на него работал?
Дэвид вынул палочку и вновь принял облик Гарри.
– Да, Добби, хочу.
Эльф залился слезами:
