Он молчал, хватая воздух ртом словно рыба.
— Я не обеднею. Может плюс к карме.
— Свои, что ли, дал?
— Свои!
— Всех голодных не накормишь. — Он был прав, но говорить об этом, да, собственно, о чём-то ещё, не хотелось.
— Давай забудем.
— А, я думаю, у него получится.
— Почему же тогда так из-за денег взъелся?
— Пусть зарабатывает.
— В этом ты прав, но надеюсь, у него всё впереди.
Мы было искренне жаль этого парня, вот только я редко ошибался в людях, а это означает, принесёт он нам ещё проблем вместе со своей персоной. Поступаю ли опрометчиво оставив его, покажет время, а что было бы, если бы, вопрос риторический и всё знаю «история не имеет сослагательного наклонения».
Не пришёл парень в три, не пришла некая дама в четыре и в пять часов не явился человек, даже в шесть мы уже ничего и не ждали. Комендант выспался и ощущал себя сносно, я написал ещё три страницы текста, прочитал пару статей и принялся перечитывать «Ночь нежна». В семь дверной стук заставил нас вздрогнуть. Откладываю книгу, прикрикнул на коменданта. Открываю дверь.
Блондинка с каре-боб, среднего роста, бюст чуть больше среднего, но увы, уже поползший вниз словно от собственной тяжести. Подбородка словно не было, как будто кто-то, спроектировав это лицо взял и стёр его на рисунке ластиком, не оставив и следа, отчего форма головы словно перевёрнутое остриём вниз яйцо. Такому типажу Шалтай точно должен быть рад.
В меру скромная, в меру раскованная. У неё словно был тумблер. Когда от неё что-то требовалось, она оживала и тут же делала всё, что требуется, когда один отвлекался на анкету, второй на собственное похмелье, она молча сникла в ожидании, не подавая никаких признаков своего присутствия. Ещё один нюанс, который я стал отмечать, это схожесть яркости черт лица у дам с выраженностью нижнего аспекта, чем чётче и резче черты, тем более вывернуты и выражены складки гениталий. У этой всё было так же, словно стёрто, почти прорезь у копилки, а вот, например, сегодня у первой и второй они были словно запихнутый в человека пион с торчащими лепестками. Ох, что за мысли, берём и иди уже.
Да, берём!
Но для формальности сообщаю, о том, что позвоним завтра с девяти до десяти. Заодно проверяю запись, день такой же.
В восемь пусто, в девять опять, десять, стук в дверь.
Но часом раньше, я отправил СМС Никите:
«Как твои дела? Что с собеседованием?»
И вот стук в дверь и ответное СМС почти синхронно.
Открываю дверь, кошусь на телефон. Смс-Никита.
Поднимаю глаза: «О боже. Мальчик, ты как сюда попал? Где твои родители?»
Передо мной едва формировавшийся парень.
Светло-русый, с широким лицом и круглыми ушами, его будто создавали для съёмок в киножурнале «Ералаш20». Пухлые губы, крупные пальцы, стеснительный, немного нервный и напыщенный. Комплексы.
Заполняет анкету, протягивает. Да ему же вот-вот исполнилось двадцать один, а выглядит и во всё на семнадцать.
— Раздевайтесь.
Надо же, при росте примерно 175–177 размер ноги явно от 43 и далее. Что ж…
И вот вижу, что в его случае размер ступни и полового о́ргана пропорциональны. Уже третий гигант, ну он, конечно, уступает тем двоим, но всё же составит вполне конкуренцию.
— Валентин, вы самостоятельно или мы задействуем коллегу? — Я не понимаю как себя с ним вести.
— Сам. — Он сосредоточенно и упорно проявил свои умения, они оказались достойными предыдущих молодых людей. На анкете ставлю пометку, берём, а сам гадаю, вот что должно́ было, его заставить пойти в это ремесло.
Но это был весьма второстепенный вопрос, первичным было, недобор. В пожеланиях, очень уж настойчивых, так полагаю, это было скорее принятое решение, чем модель для обсуждения. Продюсеры видели компанию с постоянным штатом 16 актёров, по 8 каждого пола, и желательно бисексуальных. На итог третьего дня, почти в полночь с горьковатым привкусом апероля на губах, заполнив таблицу, межуюсь её отправить.
За три дня 6 девушек и 4 молодых человека.
Предстоит больше идти на компромисс или корректировать амбиции?
Следующий день усугубил обстоятельства, первые двое не явились вовсе, в полдень была миленькая блондинка, которая так и не смогла раздеться, а разревевшись, чуть лбом не вышибла дверь, настолько торопилась уйти.
В час завились сразу две коротко стриженные дамочки, громко смеялись, активно комментировали каждое прозвучавшее слово как друг друга, так и нас. Проявив явный, талант они продемонстрировали однополую страсть, да такую, что даже хмельной тестер покраснел, начав заикаться. Мне казалось они были очень пьяны, на наркотическое это не походило, хотя с этим нам продемонстрировал парень спустя пару часов, он не то что был как несколько человек за эти дни с признаками поклонника запрещённых препаратов, он был очень хорошо вмазан21, от его смеха становилось не по себе, от его вопросов складки на лбу явно, очерчивали, глубоки рытвины, а он всё озирался, потирая нос, словно у него был обильный насморк.
