Кричала и прижималась к мужу, царапая его спину, выгибаясь и дрожа.
— Все, все, маленькая моя! — Стефан сцеловывал слезы, повисшие на ресницах, гладил волосы, прижимал и баюкал. — Как ты?
— Не знаю, — голос хрипел и срывался. — У меня даже моргать нет сил. Что это такое?
— Тебе было хорошо?
— Да, — Лина улыбнулась и поёрзала. — Ты все еще там?
Магистр осторожно отсоединился и лег рядом с супругой, притянув ее к себе и целуя в ухо, в уголок рта, в глаз — куда дотянулся.
— Мне было очень хорошо. Что это было, Стефан, это правильно?
— Это то, что должно происходить между мужем и женой. И это очень правильно, — ответил мужчина.
— Хорошо, что это правильно, — сонно пробормотала девушка, — потому что мне понравилось, и я была бы не против повторения. Не сейчас, а… потом…
И она заснула.
Герцог вздохнул, поцеловал жену еще раз, укрыл и, стараясь не потревожить, отправился в купальню — завершать начатое.
Да, он не успел, но есть другой способ снять возбуждение, не будить же Аэлину! У девушки первый в жизни оргазм — то, что было под амиоки можно не считать, она все равно почти ничего не помнит — он должен дать ей отдохнуть и переварить впечатления.
И Стефану даже в голову не пришло, что это был первый раз в его жизни, когда он думал об удовольствии женщины больше, чем о своём и первый раз, когда он, заботясь о женщине, оставил себя неудовлетворенным.
Вернувшись, мужчина лег рядом с супругой, обнял ее и задремал.
Сквозь сон донеслись какие-то голоса.
Герцог с неудовольствием подумал, что уволит всех, кто смеет шуметь в его приемной. Плевать, что давно день, он здесь хозяин и будет спать столько, сколько пожелает.
— Ваша светлость, — раздался дрожащий голос слуги. — Прошу прощения за беспокойство, но здесь Его величество!
Его величество Николае Третий мерил шагами кабинет, размышляя, что ему делать. Племянник вернулся позавчера, но до сих пор не нашел времени сообщить об этом дяде. Ладно, дяде, но советник не спешит ставить в известность императора!
Нет, он понимал — Стефан наслаждается общением с молодой супругой. Так сказать — наконец, дорвался.
Но он дал им время, две недели, ни вестника не посылал, ни торопил, ждал, когда герцог наиграется и сам вернется. И вот — вернулся. Император терпеливо ждал. Николае был уверен, что племянник прибудет в замок сегодня с утра, но ожидания не оправдались. День перевалил за половину, а о магистре ни слуху, ни духу.
Вызов по визофону ни к чему не привел — герцогу настолько некогда, что он даже на вызов не отреагировал.
И тогда император решил нанести визит сам.
Когда Его величество вышел из портала в холле замка Д*Арси, дворецкий едва не сбежал в обморок. Однако, сумел взять себя в руки и активизировал прислугу, создавая императору комфортные условия ожидания.
— Нет, Ваше величество, Их светлости сегодня еще не выходили, — почтительно склонившись, доложил Сетьен. — Но милорд и миледи, несомненно, у себя. Я отправил к ним лакея, сообщить о вашем прибытии. Может быть, желаете перекусить? Или чего-нибудь выпить? У милорда очень хороший винный погреб. Смею предложить вам…
— Ничего не надо, — отмахнулся Николае. — Поторопите герцога.
Сетьен в очередной раз поклонился и, заметив знаки, которые ему подавал лакей, отошел к двери.
— Что сказал милорд? Когда он выйдет, и что нам делать с Его величеством? Может быть, проводить в кабинет милорда?
— Его светлость приказал убираться к граху, — обескуражено пробормотал лакей.
— Что ты натворил? Вошел без разрешения? Был неучтив?
— Я постучал и из-за двери крикнул, что в замке Его величество. И милорд отправил меня к граху. Вернее, всех, — лакей поёжился и добавил. — Императора — тоже.
— Единый, что же нам делать? — дворецкий побледнел и осторожно оглянулся на монарха.
Император уловил шепотки и движение.
— Что там? Где герцог?
— Ва-аше величество, ми-милорд изволят почивать, — немного заикаясь, выдал Сетьен. — Он занят, очень просил не беспокоить.
— Нет, ну, это, ни в какие ворота! — буркнул император и решительно встал. — Герцог в своих покоях?
— Да, но… он не один, — забежал вперед императора дворецкий. — Его светлость ясно дал понять, что никого не желает видеть.
— А я не желаю ждать, когда он, наконец, пожелает меня видеть, — отрезал Николае, и принялся подниматься по лестнице. — Если переживаешь за себя, то можешь не провожать. Я хорошо помню расположение комнат в этом замке.
Дворецкий горестно всплеснул руками и поспешил вслед за императором — предсказать последствия от незапланированной встречи родственников было невозможно, следовало приготовиться к самому худшему.
Император поднялся на хозяйский этаж, прошел к двери в покои племянника и толкнул её.
Дверь оказалась заперта изнутри и не подалась.
Хмыкнув, Его величество перешел к соседней двери, ведущей на половину герцогини, и попытался открыть ее — с тем же результатом.
