– Это группа поддержки. Она предлагает… убежище для… – Было не так-то просто найти такие выражения, которые раскрывали бы суть деятельности организации и при этом описали бы ее членов в положительном свете. Почти невозможная задача, думал Линли, но не стал мешать фокуснику пытаться формулировать мысли. – Это такое место, где люди с одинаковым мировоззрением могут встретиться, поговорить и узнать, что они не одиноки. Наша организация создана для мужчин, которые считают, что любить юношей и подростков – это не грех и не должно вызывать порицания со стороны общества. Которые считают, что нужно знакомить мальчиков с мужской гомосексуальностью в безопасном и дружелюбном окружении.
– В церкви? – Хейверс не сумела сдержать переполняющих ее чувств. – И знакомство это проходит в форме человеческих жертвоприношений? Небось прямо на алтаре?
Миншолл снял очки и уставился на нее испепеляющим взглядом, пока протирал линзы о ткань брюк.
– Почему бы вам не заткнуться, констебль? – сказал он. – Именно такие люди, как вы, и устраивали охоту на ведьм.
– Слушай, ты, кусок…
– Достаточно, Хейверс, – пресек дальнейшую перепалку Линли. И обратился к Миншоллу: – Продолжайте.
Фокусник еще раз смерил Хейверс взглядом, потом развернулся на стуле, словно решив забыть о ее присутствии.
– Среди членов организации нет ни подростков, ни молодых людей, – сказал он. – МИМ предлагает только психологическую и моральную поддержку, ничего больше.
– Кого же она поддерживает? – продолжал подталкивать рассказчика Линли.
Тот надел очки и ответил:
– Мужчин, которые… находятся в конфликте с собственными желаниями. Те, кто уже сумел принять свою природу как данность, помогают тем, кто пока только пытается это сделать. Такая помощь оказывается в атмосфере понимания и терпимости.
Линли видел, что Хейверс вот-вот снова взорвется. Он постарался опередить ее:
– А как вы познакомились с «двадцать один шестьдесят»?
– Я заметил его сразу, когда он пришел к нам в первый раз. Он был совсем новичок. Не мог даже поднять глаз. Мне стало его жаль, и я предложил ему помощь. Этим я и занимаюсь.
– Какую именно помощь?
На этом рассказ Миншолла прервался. Фокусник помолчал и потом попросил несколько минут для консультации с адвокатом.
Джеймс Барти все это время напряженно слушал, закусив нижнюю губу с такой силой, что казалось, будто он вознамерился ее откусить.
– Да-да-да, – подхватил он, и Линли остановил запись.
Он кивнул Хейверс, и они вместе вышли в коридор участка на Холмс-стрит.
– У него была целая ночь, чтобы выдумать все это, сэр! – воскликнула Хейверс.
– МИМ?
– Да, и этого типа номер двадцать один шестьдесят. Вы же не поверили, будто люди из отдела нравов, когда они нагрянут в эту церковь Сент-Люси, действительно застанут там очередное собрание МИМа? Да ни за что на свете, сэр. И у нашего друга Барри будет наготове прекрасное оправдание, не так ли? Я уже знаю, как это будет: «Среди членов МИМа есть и копы, знаете ли, и они успели узнать о планах полиции и предупредили остальных. Что может быть проще. И теперь они затаились. Ушли в подполье. Очень жаль, что вы не сумели их найти». И арестовать их всех до единого, – добавила она уже от себя. – Мерзкие педофилы!
Линли смотрел на нее – воплощение праведного гнева. Он полностью разделял ее чувства, но также и понимал, что нельзя позволить потоку информации, с таким трудом полившемуся из фокусника, иссякнуть. Единственным способом отделить ложь от правды было заставить его говорить дальше и как можно дольше, выискивая проколы, которые он обязательно совершит, – такова судьба всех лжецов.
– Вы же знаете правила, Хейверс, – сказал он. – Мы должны дать ему надежду.
– Знаю, знаю. – Она посмотрела на дверь, за которой сидел ненавистный Миншолл. – Но у меня от него мороз по коже. Он сидит там с Барти и придумывает, как оправдать совращение тринадцатилетних мальчишек, и мы с вами оба это понимаем. И что нам делать? Стоять здесь и тихо булькать негодованием?
– Да, – ответил Линли. – Потому что Барри Миншоллу очень скоро предстоит узнать: нельзя взобраться на елку, не исколовшись. Он не может утверждать, будто отказал Дейви Бентону на том основании, что тот слишком юн для любви, и в то же время рассказывать, как он предоставил мальчика убийце. Полагаю, именно это несоответствие он и пытается сейчас обговорить с мистером Барти.
– То есть вы верите, что МИМ существует? Что это не Миншолл убил Дейви Бентона и остальных?
Как и Хейверс минутой раньше, Линли направил взгляд на дверь комнаты для допросов.
– Думаю, это весьма вероятно, – ответил он. – Такая история объясняет один очень важный момент, Барбара.
– И что же за момент?
– Бентон – первый из убитых подростков, который никак не связан с «Колоссом».
Как всегда, Хейверс сразу уловила его мысль и развила ее дальше:
– Потому что убийце пришлось искать новую область поисков, после того как мы показались в районе Элефант-энд-Касл?
