Услышав это, инспектор Стюарт немедленно распорядился, чтобы по всем пяти адресам организовали круглосуточное наблюдение. Он взял в руки следующий отчет – по записям с камер наблюдения, установленных в местах, где были найдены тела, или неподалеку от тех мест. Полицейские, получившие задание пересмотреть записи всех камер, продолжали корпеть над пленками. Не самое увлекательное времяпрепровождение, но констебли упорно сидели перед экранами, поддерживая себя бесчисленными кружками кофе. Они пытались различить в записях не только фургон, но и любое другое транспортное средство, пригодное для перевозки тела из точки А в точку Б и при этом оставшееся незамеченным для местных жителей. Это могла быть молочная цистерна, тележка уборщика или что-то подобное.
Эту информацию Стюарт дополнил результатами анализа косметики, которой пользовался Киммо Торн. Эксперты в лаборатории пришли к выводу, что это средства марки «Намбер Сэвен», обыкновенно продаваемой в магазинах «Бутс». Не считает ли суперинтендант нужным приступить к просматриванию записей, сделанных системами видеонаблюдения во всех магазинах «Бутс», которые расположены в районе, где жил Киммо Торн? Судя по голосу, инспектора не привлекала подобная перспектива, но тем не менее он подчеркнул:
– Может, что-то и найдем. Например, парню за прилавком не понравилось, как ведет себя Торн, и он решил проучить его. В таком духе.
В отсутствие крепких версий Линли не мог откинуть ни одной, даже самой маловероятной зацепки. Поэтому он кивнул Стюарту, чтобы тот назначил людей на просмотр видеозаписей из магазинов «Бутс» в Саутуорке. Сам он дал задания Нкате и Хейверс: Нкате поручалось проверить лавочку «Хрустальная луна», а Хейверс должна была вечером, по пути домой, зайти в «Облако Венди». А пока ей предстояло сопровождать Линли в районе «Элефант-энд-Касл». Он хотел своими глазами посмотреть, что представляет собой этот «Колосс» и что можно там разузнать. Если с этой организацией был связан один из погибших подростков, то почему бы не поискать такую же связь между «Колоссом» и остальными жертвами, по-прежнему неопознанными?
– А не может последнее убийство быть лишь подражанием первым четырем? – спросила Хейверс. – Такой вариант мы еще не обсуждали. Да, я помню, что Робсон нашел объяснение, почему есть разница между последним телом и остальными, но вдруг эта разница возникла из-за того, что тот, кто хотел скопировать предыдущие убийства, просто не знал всех деталей?
Разумеется, это теоретически возможно, согласился Линли. Однако, как это чаще всего бывает, в основе подражательных убийств лежит информация, публикуемая в прессе. Только что выяснилось, добавил Линли, что внутри Скотленд-Ярда произошла утечка, но это случилось совсем недавно. Об этом свидетельствует тот факт, что пресса набросилась на цвет кожи последнего тела, а ведь в деле имелись куда более сенсационные детали, которые можно было бы подробно осветить на первых полосах таблоидов. То, как работают журналисты, известно всем: они не станут придерживать даже самые отвратительные и жуткие подробности, если эти детали помогут продать лишние двести тысяч экземпляров издания. Таким образом, все указывает на то, что у газетчиков пока нет этих отвратительных и жутких деталей, и это, в свою очередь, доказывает, что пятое убийство не является подражанием. Это еще одна смерть в цепочке подобных смертей, которые несут на себе отпечатки одного и того же убийцы.
Его-то и нужно найти, и как можно скорее. Линли достало сообразительности обобщить, что сказано было этим утром Хеймишем Робсоном о человеке, которого они ищут: если последнее тело носит на себе следы презрения и гнева, значит, дальше события будут развиваться по нарастающей.
Нката сумел покинуть здание на Виктория-стрит, избежав встречи с помощником комиссара. На мобильный пришло сообщение от секретаря Хильера: «Сэр Дэвид желал бы обсудить некоторые детали предстоящей пресс-конференции», – но он предпочел проигнорировать его. Хильер хотел обсудить со Нкатой детали конференции не более, чем подхватить вирус тропической лихорадки, и подтверждение этому сержант читал в глазах помощника комиссара при каждой встрече. Он устал быть послушной марионеткой, нужной Хильеру для демонстрации равных возможностей для национальных меньшинств среди служащих столичной полиции. Он понимал, что если соучастие в пропагандистских играх продлится еще некоторое время, то он возненавидит свою профессию, своих коллег и самого себя. И это не будет справедливостью ни для кого. Поэтому Нката сбежал из кабинетов и коридоров Скотленд-Ярда сразу после окончания совещания в оперативном штабе. Предлогом послужило амбровое масло.
