И только Барбара подумала, что искупила ошибку, как Линли попросил Джона Стюарта назначить человека для выполнения этой задачи и затем немедленно обратился к Нкате, велев тому поподробнее изучить прошлое преподобного Брама Сэвиджа и уточнить ситуацию в спортзале «Сквер фор Джим», а заодно и заглянуть в автомастерскую в Северном Кенсингтоне. Потом суперинтендант раздал дополнительные задания, касающиеся водителя такси, который нашел труп в туннеле на Шанд-стрит. Выслушав отчет о кулинарных школах в Лондоне – Джаред Сальваторе не был записан ни в одну из них, – он наконец вспомнил о существовании Барбары и сказал:
– Прошу зайти ко мне в кабинет, констебль.
На этом совещание завершилось, и Линли вышел из оперативного штаба. Остро ощущая, что все избегают встречаться с ней взглядом, Барбара поплелась следом за Линли.
Чтобы поспеть за широкими шагами суперинтенданта, ей пришлось чуть ли не бежать. Ощущение было не из приятных: что она, собачка – бегать за хозяином? Она понимала, что провинилась, забыв проверить тот ларек на рынке Камден-Лок, и, наверное, заслужила выговор, но с другой стороны, она же дала следствию совершенно новое, богатейшее направление для поисков – Стронг, Гринэм, Винесс, Килфойл! – и это нельзя не учитывать, правда ведь?
Однако, оказавшись в кабинете суперинтенданта, она узнала, что Линли не разделяет ее точку зрения.
– Закройте дверь, Хейверс, – велел он.
Она закрыла, и Линли подошел к своему столу, но не сел в кресло, а остался стоять, повернувшись к Барбаре, – просто прислонился к краю стола. Ей он жестом велел садиться, и в результате получилось, что он нависает над ней, как скала.
Барбаре совершенно не нравилось такое положение дел, но она твердо настроилась не давать волю чувствам.
– Вашу фотографию, – сказала она, – поместили на первой полосе «Стандарда», сэр. Во вчерашнем номере. И мою тоже. И Хеймиша Робсона. Мы все вместе там стоим у входа в туннель на Шанд-стрит. Называется ваше имя. Это скверно.
– Такое случается.
– Но с серийным убийцей…
– Констебль, скажите мне, – перебил ее Линли, – вы намеренно пытаетесь выстрелить себе в ногу или все это получается у вас неосознанно?
– Все это?.. Что?
– Вам дали задание. Рынок Камден-Лок. Это по пути к вашему дому! Или же из дома на работу. Вы понимаете, как выглядите, когда приходите и заявляете, что «с этим вы оплошали»? Если вы хотите вернуть свое звание – а я полагаю, что хотите, – то как вы собираетесь этого достичь? Вы же понимаете, насколько это зависит от вашего умения действовать в составе команды, и при этом продолжаете принимать собственные решения, что важно для следствия, а что нет.
– Сэр, вы несправедливы, – запротестовала Барбара.
– И это не первый раз, когда вы действуете по собственному разумению, – сказал Линли, как будто не слыша ее слов. – Порой мне кажется, что вы хотите совершить профессиональное самоубийство… О чем вы вообще думаете? Разве вы не понимаете, что я не могу все время за вас заступаться? Только я начинаю думать, что все налаживается, как вы тут же начинаете все сначала.
– Что все?
– Вашу проклятую самодеятельность. Ваши неуемные попытки взять инициативу в свои руки, вместо того чтобы четко выполнять указания. Ваше постоянное нарушение субординации. Ваше нежелание хотя бы сделать вид, будто вы являетесь частью команды. Мы с вами уже говорили об этом. И не раз. Я делаю все, что могу, чтобы вас защитить, но, клянусь, если это не прекратится… – Он вскинул руки. – Поезжайте на Камден-Лок, Хейверс. В эту лавку «Радуга Венди» или как она там называется.
– «Облако Венди», – глухо поправила его Барбара. – Но там еще, наверное, закрыто, потому что…
– Тогда отыщите домашний адрес владельца! И пока это не будет сделано, я не хочу видеть вас, слышать вас и знать, что вы существуете на этой планете! Все понятно?
Барбара смотрела на него, и постепенно до нее начинала доходить суть происходящего. Она работала с Линли уже достаточно долго, чтобы понимать, насколько необычным для него был этот взрыв – даже если она заслужила выволочку на двести процентов. Мысленно перебрала причины, которые могли довести Линли до крайности: размолвка с Хелен, ссора с Хильером, проколотая шина по дороге на работу, проблемы с младшим братом, слишком много кофеина, недостаток сна… Но потом ее осенило. Отлично зная Линли, она могла бы и быстрее догадаться.
– Он выходил с вами на связь, да? – спросила она. – Он увидел ваше имя в газете и связался с вами.
Линли задержал на ней задумчивый взгляд, принимая решение. Он обошел стол, достал из ящика бумажную папку, вынул из нее листок и протянул Барбаре. Она сразу увидела, что это ксерокопия оригинала, который, как она предположила, был уже на пути к экспертам.
«ОТРИЦАНИЕ НЕВОЗМОЖНО, ТОЛЬКО ИСКУПЛЕНИЕ» – было аккуратно напечатано заглавными буквами в одну строчку. Под фразой была не подпись, а скорее символ, словно составленный из двух отдельных частей лабиринта.
– Как это было доставлено? – спросила Барбара, возвращая лист Линли.
– Почтой, – сказал он. – Обычный конверт. Те же печатные буквы.
