- Я предпочитаю считать именно так, - ответил Энтрери. - Мы знаем, что это касается по крайней мере некоторых, а я не верю, что Маргастеры склонны к полумерам.
Когда Далия не стала спорить, наступила неуютная тишина. Повисший в комнате страх можно было почти потрогать, пока Реджис не нарушил молчание слабым: «Что будем делать?»
- Мы знаем голову змеи, - тихо ответил Артемис Энтрери и посмотрел этим взглядом, этим ужасным взглядом — ужасным, хотя Реджис знал, что на сей раз цель не он! — который стал неотъемлемой частью его репутации за минувшие годы.
- В таком случае, не вижу причины взывать к чувству справедливости соответствующих властей, - согласился полурослик, подражая смертоносному тону убийцы так хорошо, что Энтрери поднял бровь.
Реджис принял это за комплимент.
Но его мгновение гордости оказалось недолговечным, поскольку дверь в комнату распахнулась от удара и внутрь влетело нечто, похожее на комок дьявольской грязи.
ГЛАВА 11
Трепачки в сказкофагии
- Да, только вы не врубаетесь, - сказал Айвен Валуноплечий королеве Малабритчес Боевой Молот. - Это саркофаг Тибблдорфа Пвента. Того самого Пвента.
- Сказкофаг! - хихикнул стоящий на противоположной лестнице Пайкел. - Хи-хи-хи.
- Ещё как врубаемся, - ответила королева Танабритчес. - Мы врубаемся, что двое дварфов торчат на лестницах в тронной зале нашего мужа, всего в двадцати шагах от престола дварфийских богов, пытаясь сломать монумент, который поставил сюда король Бренор. Чего тут непонятного, валуноплечие дурни-трепачки?
- Почему мы это делаем, - сказал Айвен.
- Трепачки в сказкофагии, хи-хи-хи, - провозгласил Пайкел.
Остальные трое вздохнули в унисон.
- Потому что хотите, чтоб вам Бренор кулаком в глаз сунул? - попробовала угадать Малабритчес.
- Хмпф! - фыркнул Айвен.
- Мыши вы летучие, - объявила Маллабритчес.
- Не, мы думаем, что это Пвент мышь летучая, - ответил Айвен, и королевы Гонтлгрима недоумённо переглянулись. Прежде чем одна из них успела ответить, тронный зал, который находился сразу за стеной у тёмного озера входной пещеры, содрогнулся под тяжестью прогремевшего снаружи взрыва. Дверь распахнулась от пинка часового.
- Драка! - закричал он. - Демоны вернулись! К оружию!
- Там Бренор с Джарлаксом и батяней Дзирта, - сказала сестре Таннабритчес, и они помчались за оружием и доспехами.
- Ну, пойдём колотить демонов, - сказал Айвен Пайкелу, но Пайкел в ответ покачал головой и поводил пальцем.
- У-ум.
- Ты ж их слышал!
Пайкел как будто не слушал его, вместо этого работая над одним из засовов с задней стороны саркофага, отодвинутого ими от стены.
- Ты чё, правда в этом уверен? - спросил Айвен.
- Угумс-угумс.
Освобождённый саркофаг немного сдвинулся, когда Пайкел просунул внутрь руку. Айвен наморщился, решив, что его брат сейчас ухватит гниющее тело за задницу.
- Не-а, - сказал Пайкел.
- Что «не-а»? Его там нет?
- Не-а, - повторил дварф, качая своей зеленовласой головой.
- А где же он тогда? - спросил Айвен.
В ответ Пайкел громко зашипел, приложив руку к губам и двумя пальцами изображая вампирские клыки.
- Прекрати!
- Хи-хи-хи! Не-а.
Айвен вздохнул.
- Где ж ты есть, тупой Пвент? - прошептал он. Он схватился за края лестницы и быстро соскользнул на пол, а Пайкел снова закрыл саркофаг и задвинул его на место. Старый Айвен Валуноплечий почесал свою жёлтую бороду, не зная, как сообщить своему другу Бренору, что у них появилась ещё одна проблема.
Помещение вздрогнуло от нового взрыва. Айвен взял свой топор.
Проблемы надо было решать по мере их поступления.
С высокой платформы трамвайной станции на другом конце подземного озера Бренор следил за битвой, развернувшейся в просторной и высокой пещере. В данный момент боевые действия шли далеко в глубине, взрывалось пламя и сверкали молнии, и резкие вспышки света неизбежно выхватывали из мрака уродливые фигуры демонических пехотинцев. Рога трубили ноты организованной обороны стратегических позиций дварфов, эхом звучали крики, умоляющие о подкреплениях у того или иного сталагмита, и призывы к отступлению на позициях, которые вот-вот должны были пасть.
Бренор изо всех сил пытался не обращать внимания на эти сигналы и крики. Его войска долго готовились к этому дню. Они знали свои роли — когда сражаться, как сражаться, когда следует отступить, какие позиции можно оставить, а какие следует удерживать до последнего дварфа.
У Бренора тоже была роль — прямо здесь, на последней линии обороны перед стенами самого Гонтлгрима.
Тибблдорф Пвент был для него потерян. Атрогейт и Амбергрис были для него потеряны. Дагнаббит была королевой Мифрил-Халла и не могла прийти к нему, пока эти магические врата не будут наконец открыты.
Дзирт был где-то там. Вульфгар был не здесь, а в Лускане. Реджис отправился в Глубоководье. Кэтти-бри была беременна и оставалась дома в Длинной Седловине. Дварфийскому королю было очень одиноко.
Он покосился направо, туда, где через стену недавно перемахнули Джарлакс и Закнафейн.
