— Вставай! — услышал он где-то очень, очень далеко. — Просыпайся, акулий корм! Вставай!
Холодная вода плеснула в лицо и затекла в ноздри, и он смутно осознал, что задыхается, что просто не получает достаточно воздуха.
К нему вернулась частичка сознания, и он ощутил, как покачивается, колышется вместе с холодной водой вокруг. Он с силой во что-то врезался, головой и плечом, но это был приглушённый толчок, как будто случился где-то вдали. Он испытал чувство медленного, невероятно медленного падения.
Что-то — кто-то — грубо схватил его за волосы и дёрнул обратно вверх, и снова он почувствовал, как вода потекла по лицу, затекла в нос и рот, и снова услышал просьбы, и теперь понял, что голос был женским.
Затем он начал подниматься, и уже отчётливее ощутил, как стекает с него вода, как изменяется давление вокруг, когда он вырвался из объятий жидкости и волны начали захлёстывать его всё ниже и ниже. Он почувствовал, что поднялся в воздух — неужели он умер?
Эта мысль вернула Вульфгара в сознание, и он открыл глаза, чтобы обнаружить, что парит над океаном, прямо у борта небольшой шлюпки, а женщина в шлюпке, Милашка Чарли, схватила его за ноги, чтобы стащить в лодку. Как только он оказался над лодкой, он упал, и упал сильно, рухнув на небольшое судёнышко. Он каким-то образом понял, что должен испытывать более сильную боль, но тело онемело, и все чувства казались далёкими. Он перевернулся, едва обратив внимание на собственный стон, и увидел в лодке ещё одного: Киммуриэля.
— Ты не мог опустить этого тупицу полегче? — буркнула Милашка Чарли.
— Я мог оставить тебя висеть, перегнувшись через борт, чтобы ты держала его за волосы, пока он не утонет, — ответил Киммуриэль, и Вульфгар подумал, как типичны подобные слова и безразличный тон для дроу.
Вульфгар попробовал сесть, но руки едва отозвались на его приказ, и как только он пошевелился, обжигающая боль в спине снова заставила его рухнуть на палубу, лицом вниз, содрогаясь в агонии.
— Эй, он же истечёт кровью до смерти! — воскликнула Милашка Чарли. — Быстрее, дай мне тот горшок.
Лёжа, Вульфгар видел Киммуриэля, и псионик негромко фыркнул и даже не пошевелился. Он услышал раздражённый возглас Милашки Чарли, когда та переступила через него, чтобы взять горшок с целебной мазью, которое держали на небольших шлюпках.
— Тебе придётся его разогреть, — сказала она, оглядываясь вокруг.
— Проверь, — ответил Киммуриэль. Она послушалась, замерла, потом оглянулась на странного дроу. — Это не так уж и сложно, — добавил Киммуриэль.
Милашка Чарли опустила руку в горшок и зачерпнула мазь, которую растёрла по спине Вульфгара.
— Останется хорошенький шрам, Вульфгар из Долины Ледяного Ветра, — сказала она, — но по крайней мере ты не измажешь кровью всю мою лодку.
— Ему придётся грести, как только он очнётся, — услышал Вульфгар слова Киммуриэля, но не видел дроу, поскольку его веки были тесно сжаты — варвар терпел боль от тёплой мази, покрывшей его глубокую открытую рану и стягивающей края разорванной кожи.
— Грести? Повезёт, если он стоять сможет, — ответила Милашка Чарли.
— Я… могу стоять, — простонал сквозь сжатые зубы Вульфгар и с усилием поднялся на колени. Ему показалось, что в спине со сих пор торчит меч, причиняя боль с каждым движением. Он знал, что его отравили — чувствовал, как болезненная субстанция по-прежнему течёт внутри, но с невероятной решительностью упёрся одной ступнёй и подался вверх, встав на дрожащие ноги посередине тесной шлюпки. Затем он заметил вереницу парусов, ускользающих прочь и движущихся на восток, к Лускану.
— Его смоет за борт первой же волной, — сказала Милашка Чарли, качая головой. — Он не будет грести.
— Что произошло? — спросил Вульфгар, который весьма смутно помнил, как оказался в море.
— Тебя не хватало, — сухо отозвался Киммуриэль.
— Зато потопили их корабль, — сказала Милашка Чарли. — Думаю, это был корабль Маргастеров — и неплохой. Так что это хорошо. Но теперь…
Она пожала плечами и указала подбородком в сторону, и там во мраке Вульфгар различил длинный корпус перевернувшегося корабля.
— В ответ они захватили «Реликвию», так что может быть тебе не стоило топить их корабль.
— Где Калико Гримм?
Милашка Чарли покачала головой.
— Он не наша забота, — вмешался Киммуриэль. — Мы как можно быстрее направляемся в Лускан. Садись за вёсла, Вульфгар.
— Он не может! — возразила Милашка Чарли.
Вульфгар практически упал на скамью и снова вздрогнул от боли, опустив руки по сторонам, чтобы взять вёсла. Он замер, чувствуя нечто крайне неприятное, как будто Киммуриэль пытался вторгнуться в его разум и завладеть им. Чисто инстинктивно он начал изо всех сил сопротивляться.
—
