— Я рассказывал вам, что обнаружил на верхней части портала руны, крохотные, но различимые, — объяснил лорд Парис. — Я был внизу, снова пытаясь в них разобраться — теперь я знаю, что это не древний дварфийский — но прежде чем я успел их расшифровать, я обнаружил посетителя.
— Посетителя?
— В портале.
— Из Гонтлгрима, — предположил архимаг, поскольку у портала под Главной башней больше не было других связанных точек.
Но Парис покачал головой.
— Не оттуда, нет.
Громф поднял бровь. Никому нельзя было подходить к порталу Главной башни без разрешения самого архимага, а он такого разрешения не давал. Дроу обдумал возможности, затем спросил:
— Кэтти-бри?
Парис снова покачал головой.
— Вам стоит пойти со мной, архимаг. Она настаивает, что должна говорить с вами и только с вами.
— Она?
— Я уверен, что она с вашей родины.
Громф вздохнул. Сначала архимаг подумал, что это его дочь, Ивоннель, но Парис знал Ивоннель, так почему он так нервничает? Неужели одна из сестёр Громфа пришла поговорить с братом? И зачем это было делать через портал?
Он протиснулся мимо Париса, направляясь к винтовой лестнице.
— За мной, — приказал он нетерезу и облачной великанше и повёл их вниз, разозлённый, а не заинтригованный.
Злость превратилась в нечто иное, когда он миновал последние двери в небольшое боковое помещение, содержавшее волшебное устройство телепортации.
— Тебе следует ходить быстрее, — поприветствовала его мать Жиндия Меларн.
От Громфа потребовалась вся его сила воли, чтобы сдержаться от нападения — словесного и, возможно, даже волшебного. Что эта тварь здесь забыла? И она была не одна, окружённая троицей других женщин-дроу. Громф решил, что это её старшая жрица, которая в прошлом была матерью собственного дома, Кенафин, а остальные две — Ханцрины, включая первую жрицу Черри. Внушительная свита.
— Ты могла заметить, что я и мои подчинённые немного заняты.
— Действительно, — отозвалась Жиндия. — И я прощаю тебя за уничтожение моих войск. Демоны вскоре призовут новых.
—
— Ну конечно.
— Ты играешь в опасные игры. С благословения верховной матери Бэнр этот город принадлежит Бреган Д'эрт.
Мать Жиндия вздохнула и щёлкнула пальцами, и рядом с ней внезапно возникли две другие женщины-дроу, обнажённые и прекрасные. Слишком прекрасные, что вместе с отсутствием одежды позволило Громфу догадаться, что они представляют собой на самом деле: Эсквидне и Йиккардария, прислужницы Ллос.
— Видишь ли, архимаг, я бы сказала, что это Бреган Д'эрт играет в опасные игры — вместе с твоей сестрой, верховной матерью. Джарлакс и его пройдохи — надеюсь, ты не присоединился к их шутовскому отряду — получили благословение верховной матери Бэнр, но я заручилась одобрением ещё более высокого покровителя.
— Чего ты хочешь? — резко спросил Громф, используя гнев, чтобы прикрыть свою нервозность — а он действительно чувствовал себя неуютно. Он презирал мать Жиндию больше всех остальных, в основном потому, что она всегда отличалась дурным нравом. Но теперь, с грозной силой перед ним, архимаг видел, что она здесь с благословения Паучьей Королевы, и его неприязнь быстро сменилась страхом.
— Я не считаю тебя ответственным за ошибки твоей сестры или Джарлакса, — заявила мать Жиндия.
Страх, в свою очередь, сменился презрением. Но Громф придержал язык, хотя едва мог поверить, что эта дура упоминает верховную мать всего Мензоберранзана с подобным пренебрежением. Даже для Жиндии это было необычно.
Она продолжала:
— Я не позволю своим слугам снова пересечь второй мост, чтобы взять штурмом твою… чем бы ни было это уродливое сооружение.
— Потому что ты видела, что произойдёт с ними в таком случае.
Мать Жиндия рассмеялась.
— Потому что это не твой бой, — поправила она. — Теперь ты даже не из Мензоберранзана. Считай, что тебе повезло. Я позволяю тебе не принимать в этом участия. Пускай Ллос решит, кто должен править — нынешняя верховная мать, или та, кто доставит ей Дзирта До'Урдена и Закнафейна.
Громф громко хмыкнул.
— Всё это из-за каких-то двух насекомых? Безумие.
— Но не твоё безумие, — отрезала Жиндия, ткнув в сторону Громфа пальцем, — до тех пор, пока ты сам не решишь иначе.
— Какое…
— Заглуши порталы, — потребовала мать Жиндия. — Закрой этот и не позволь дварфам связаться с остальными их крепостями.
Громф колебался.
— Ты можешь сделать это отсюда, из Главной башни, которая связана с предтечей, питающим волшебные врата, — настаивала Жиндия.
— Он может, — подтвердила Йиккардария, прежде чем Громф успел возразить.
— Таково моё предложение, и повторять его я не буду, — сказала ему Жиндия. — Закрой порталы, возвращайся в свою башню, и позволь всему идти своим чередом. Когда я одержу победу — а так и будет — мы обойдёмся без последствий для тебя и… — она оглянулась на серокожего человека и облачную великаншу, — твоего ордена.
Громф сощурил глаза и пристально уставился на неё.
— Решай, архимаг, — потребовала мать Жиндия.
