Она была рада, что вернулась. Сейчас она примет ванну, растянется на диване перед телевизором и будет смотреть веселые фильмы, в которых все заканчивается хорошо. Игорь появится дома только через три дня, и к этому времени она уже успеет оклематься. Пусть ругается потом, сколько хочет – раз не пойман, значит не вор, главное, что она не попалась ему на глаза в таком состоянии. И вообще, пусть скажет спасибо, что она осталась ему верна на этой вечеринке. Если подсчитать – как часто он отсутствует дома, с одной стороны, и сколько раз она ему изменила, с другой, то можно сказать, что она практически идеальная жена. К тому же, он и сам-то далеко не безгрешный ангел.
Организм каждой клеточкой молил об отдыхе, но пока это было невозможно: она была еще слишком взвинчена. В голове звенело, как будто там пели миллиарды мерзких цикад, и, казалось, мозгу тесно в черепной коробке, из-за чего постоянно хотелось трясти головой. По коже через одинаковые промежутки времени пробегал неприятный холодок. Возможно, если немного выпить, станет легче. Швырнув куртку и газету на пол, она, приоткрыв слегка окно, легла на диван и попыталась вспомнить, когда она мылась в последний раз.
Надо было сходить в душ, налить себе чего-нибудь крепкого, но она просто лежала, не шевелясь, и чувствуя, как в уголках глаз скапливаются горячие слезы и скатываются по щекам за уши, приятно щекоча виски. Ей было не по себе – при мысли о том, что ждет ее дальше, накатывало отчаяние. Возможно, для окружающих ее жизнь – это череда сплошных удовольствий, но сейчас она отчетливо осознавала, что все ее кажущееся благополучие – заслуга ее мужа, и стоит только ему с ней развестись (и, похоже, что день этот не за горами), как она останется без этого двухэтажного дома и без своей «Тойоты» – и даже без профессии, которая позволила бы ей заработать себе на жизнь. Еще неделю назад она обещала себе, что будет вести себя более сдержанно, чтобы не бесить Игоря лишний раз, и вот, пожалуйста, – сорвалась.
После своих кокаиновых марафонов она неизменно ощущала подавленность и растерянность, но так и не привыкла к этому чувству. Марина знала, что уверенность в себе, которую она сейчас начисто утратила, за несколько дней вернется к ней сама собой, как необходимый витамин или микроэлемент – ей нужно только потерпеть.
Ветерок, дувший из окна, приятно холодил мокрое от слез лицо, принося с собой едва различимый запах дыма. Слышно было, как шелестят листья на двух тополях-близнецах, стоявших перед их домом. На соседнем участке перекрикивались на непонятном южном наречии рабочие, ремонтировавшие крышу. Где-то еще дальше надрывно лаяла собака. Привычные и хорошо знакомые звуки не лечили душу. Размазывая слезы по лицу, она подошла к бару, чтобы выпить рюмку-другую коньяку. Коньяк сразу же разжижил скопившуюся внутри вязкую тяжелую муть, но сил не прибавил. Она снова улеглась на диван.
Едва телефон успел подзарядиться, как пришло голосовое сообщение. «Марина! – услышала она голос Елены Станиславовны, мамы Игоря. – Немедленно приезжай в Первую городскую больницу! С Игорем несчастье. Ты слышишь меня? Скорее приезжай. Игорь жив, но сильно обгорел. Приезжай скорей!». Сообщение было оставлено в пятницу в одиннадцать вечера. Попытавшись воспроизвести его снова, она случайно открыла новостную ленту – и на экране появился текст: «Попал в аварию известный актер Игорь Лефортов. Исполнитель роли доктора Шестицкого доставлен в Первую городскую больницу. Трагедия произошла в девять часов вечера на Выборгском шоссе. «Мерседес» Лефортова столкнулся с выехавшим на встречную полосу черным «Ниссан Патрол». После столкновения машина Лефортова загорелась. Артисту удалось выбраться наружу в тот момент, когда им уже были получены серьезные ожоги. Находившаяся в его машине артистка театра на Литейном Майя Коноваленко, а также второй участник ДТП – водитель «Ниссан Патрол» скончались на месте».
Мозг отреагировал на полученную информацию довольно странно. Первая мысль, которая пришла ей в голову, почему-то была – ее муж находился в тот вечер с этой Майей Коноваленко. Не зря она подозревала, что у них роман. Потом она подумала, что теперь это уже неважно, раз Майя умерла. И только через несколько секунд, сложив картину происходящего из хаотически всплывающих у нее в голове фрагментов, она, наконец, осознала, что в тот момент, когда она веселилась в квартире белобрысого Анатолия, ее муж разбился на своей машине на Выборгском шоссе. Сейчас он лежит в больнице. А Майя, которая, скорее всего, была его любовницей, теперь мертва.
