А затем лейтенант уходит за стеклянную дверь.
Громкий гудок успевает меня отвлечь, прежде чем на меня накатывает волна страха. Открывается металлическая дверь, мне кажется, будто время останавливается. Я готова вновь увидеть, как военнослужащий тащит тело беззащитной девочки, но вместо ребенка на меня надвигается огромный мужчина с топором в руке.
Я срываюсь с места и бегу к оружию на стене. Мне не хватает воздуха. Столько раз тренировалась, но сейчас все кажется бессмысленным. Как только нахожусь на расстоянии метра от стены, над головой пролетает топор и врезается в стену. От неожиданности вскрикиваю.
Я не оборачиваюсь, чувствуя врага за спиной. Добираюсь до оружия и вытаскиваю два ножа из ножен. Сзади меня обхватывают сильные руки. Мужчина в несколько раз больше, он толкает меня в сторону с такой легкостью, будто я ничего не вешу, а сам вытаскивает топор из стены. Я падаю и роняю один из ножей. Пытаюсь восстановить дыхание и вспомнить все, чему успела научиться в Лагере.
Главное оставаться спокойной, не дать панике завладеть телом.
Мой соперник смотрит на меня, как на грязь под его ботинками. Мужчина замахивается топором, но я уклоняюсь и ударяю одним ножом ему в ногу. Он кричит и ругается. Кровь хлыщет, как в фонтане вода, окрашивая бетонный пол в красный.
Я думаю, что он упадет, но недооцениваю его. Он с ревом вытаскивает нож и отбрасывает его прочь. Я отхожу на несколько шагов, соперник оскаливается. Ему все еще больно, теперь нога его слабое место. Он прихрамывает и движется медленнее. В этом мое преимущество.
Мужчина откидывает топор в сторону и набрасывается на меня. Мы падаем, я сильно ударяюсь затылком и взвизгиваю. Слезы стоят в глазах, тошнота подкатывает к горлу. Он ударяет по руке, и я теряю второй нож. Соперник придавливает меня к полу, под тяжестью его веса сложно дышать. Несмотря на сложности, заставляю себя сгруппироваться и ударяю мужчине с ноги прямо в его рану.
Он кричит, его хватка слабеет, и я пользуюсь моментом. Приподнимаюсь и дотягиваюсь до ножа, прежде чем он успевает заметить мои действия. Втыкаю нож ему в плечо, он не успевает почувствовать всей боли, как я бью его в лицо и сбрасываю с себя.
Мужчина лежит неподвижно. Он истекает кровью, чувствую его боль. Я развожу окровавленными руками в стороны, по-прежнему сжимая нож.
- Все довольны? - кричу я в пустоту.
Обращаю свое внимание к зеркалам, но на меня смотрит лишь мое отражение.
- Он побежден, - хотя это не правда. Я не убила его, а только вырубила на время.
Несколько минут ничего не происходит, я думаю, что, вероятно, они ждут, когда же я убью его. Напрасно. Больше никто не умрет по моей вине.
Собираюсь прокричать и послать Совет к чертям, но как только открываю рот, раздается звук отворяющейся двери и ко мне идет он, человек, заставляющий мои колени дрожать. Мужчина, который подарил мне надежду, а потом разбил в дребезги мое сердце. Безлицый, которого я поклялась ненавидеть всю свою жизнь и похоронить его вместе с системой под грудой пепла.
Алекс.
- Рядовой, пройдем со мной, - обращается ко мне Безлицый.
Он не смотрит мне в глаза, словно стыдится. Я чувствую напряжение, поэтому стою на месте, как приклеенная.
- И оставь нож, - предупреждает Алекс, замечая мою нерешительность.
Он идет вперед, но я продолжаю стоять, крепко сжимая нож в руке, прежде чем успеваю подумать о том, что делаю, метаю нож в Алекса, прямо как он однажды сделал это со мной. Нож пролетает у его головы и врезается в противоположную стену. От неожиданности Безлицый вздрагивает, он медлит в нерешительности. Я жду от него хоть какой-то реакции, но мгновение спустя, Алекс продолжает идти, не оборачиваясь.
Я выдыхаю, даже не заметила, что затаила дыхание в ожидании ответной реакции. Иду за Алексом. Мы выходим из зала, проходим по узкому слабоосвещенному коридору. В это время я вспоминаю о бессонных ночах, которые проводила рядом с ним в Содержательном доме. Внезапно на меня накатывает волна сожаления, грусти и злости. Начинаю ненавидеть себя за то, что поверила ему. Я действительно думала, что между нами что-то есть.
С самого начала все было ошибкой.
Смотрю на его плечи и идеальную осанку, Алекс стал сильнее. Мышцы четче видны под кителем, кажется, будто одежда меньше должного. Пытаюсь понять, что чувствую к нему, но кроме слабого влечения и разочарования ничего не испытываю. Наверное, время лечит разбитое сердце, только шрамы от швов на нем все же остаются.
Мне кажется, словно время застыло, а мы все идем по этому проклятому коридору. Не знаю, куда мы направляемся и зачем, но внутри нарастает волнение. Стискиваю руки в кулаки, они все в крови, от этого становится тошно. Прошло много времени с тех пор, как я была вся в чужой крови.
Тишину нарушают лишь наше неровное дыхание и звуки шагов.
- Куда мы идем? - наконец решаюсь произнести я.
- Элеонора попросила привести тебя, - отвечает он, ускорив шаг.
