– Сам видишь, – театральным жестом повел вокруг себя артист. – Нальешь, майор? А то, боюсь, разговора не получится.
– Не получится здесь, получится в отделе. Посидишь ночку в «обезьяннике», здоровье поправишь. – Горелов нашел взглядом свободный стул и сел.
– Уу-уу, вы к угрозам сразу! – притворно завыл Евгений, усаживаясь в продавленное кресло у балкона. – Я так не играю!
– Не бросишь пить, вовсе играть прекратишь, – предсказал Валентин и снова прошелся взглядом по пустым бутылкам. – Давай поговорим? А потом я налью тебе пива, и ты закончишь уже бухать. Если ты сообщишь мне нечто стоящее, то перекочуешь в разряд важных свидетелей. А это, поверь, уже статус! И он обязывает иметь лицо. Человеческое лицо, Женя!
– Игореша, ты не позавтракал?
Мать с недовольным лицом выросла на пороге кухни, оглядела стол, за которым он просидел, не двигаясь, двадцать минут, и с трагичным придыханием в голосе повторила:
– Ты не позавтракал!
– И что? – Игорь поднял на мать тяжелый взгляд.
– И ты подстригся! – ужаснулась она, войдя в кухню. – Зачем? Зачем ты подстригся так? Как…
– Как кто?
– Как тюремщик! Это она, да? Она тебе велела такое с собой сотворить?
Губы матери жестко сжались, взгляд сделался ледяным, чужим. Игорь не прореагировал – такое уже бывало. Всякий раз, как рядом с ним кто-то появлялся, мать превращалась в чужую свирепую тетку. Ни одна девушка ей не нравилась, ни одна! Не находилось для него достойных. Игорь пытался сопротивляться матери, не слушать ее доводов, хотя многие из них казались логичными. Но со временем сдавался, особенно когда к матери присоединялась бабка.
– Посмотри, на кого ты стал похож? Лоб открыт, что у тебя с кожей? Ты давил прыщи? – Мать плотнее запахнула на груди халат. – У тебя кожа проблемная с отрочества, сынок, поэтому я и советовала тебе носить челку: чтобы не было видно прыщей.
– А косметолог сказал, что прыщи у меня могут быть из-за челки. Что скажешь?
– Кто-кто?! – побледнела мать. – Косметолог?! Ты был у косметолога? Господи… А потом куда? В маникюрный салон подашься? Вот я отцу-то расскажу!
– И он что, отшлепает меня?
Игорь встал, громко двинув табуреткой, и пошел в прихожую. Там он снова уставился в зеркало на незнакомого молодого человека, понравившегося ему с первых минут после стрижки. И чего он раньше так не стригся? Почему носил эту нелепую длинную челку? Прыщей стеснялся? Так в косметическом салоне его от них избавили за час, и даже следов почти не осталось. Прожил тридцать пять лет, как под колпаком, в зеркало не всегда смотрелся!
– Ты взрослый малый, Игорь. Мужик уже полноценный. Тридцать пять годков, о-го-го! – отчитывала его Мария Яковлевна вчера на смене. – А ведешь себя, как подросток, за мамин подол все держишься. Чего живешь с ней, а?
– А где? Где жить?
– Квартиру сними. Комнату. Взрослей! – Мария Яковлевна хитро сощурилась. – Вижу, Машка тебе сильно нравится. Только она в твою сторону не смотрит. С детства самостоятельная, сама за себя отвечает. Нужен ты ей будешь такой – мамин сынок? Нет. Начни меняться, парень. Начни…
Игорь для начала посетил парикмахерскую, а оттуда по рекомендации мастера мужских стрижек – Лидочки – прямиком к косметологу.
– Она моя хорошая знакомая, все сделает как надо, – пообещала Лидочка и не соврала.
Его новый облик всем понравился: лицо открылось, глаза смотрели иначе. Он стал выглядеть мужественнее, сильнее. Игорь всем понравился – кроме матери.
И Маши. Потому что она его не увидела. Она исчезла.
Когда вчера, придя на смену, он не обнаружил ее за стойкой гардеробной, то подумал: заболела. Она подкашливала на неделе, и он даже собрался навестить ее вечером, купив апельсинов и зеленых яблок. Красные бесполезны, а в зеленых все витамины. Так мать всегда утверждала.
Но Мария Яковлевна неожиданно замотала головой и сказала, что Маша не заболела.
– Отпуск она взяла за свой счет, – оповестила она, принимая куртки и пальто у посетителей. – Не знаю теперь, как справлюсь тут одна. Одно радует – праздники закончились. Может, племянницу свою попрошу взять на время. Пока Машка гуляет…
Если возьмут племянницу на время, она тут так и останется. Маше придется искать другое место – Игорь был в этом уверен. Но вот в том, что Маша действительно гуляет в отпуске – вовсе нет. Знает, проходили с ее подругой Таней!
Он пошел к руководству и осторожно расспросил о Маше.
– Нет, не приходила с заявлением и не приезжала. Просто позвонила и попросила оформить ей отпуск без сохранения зарплаты на десять дней.
– А голос? – Игорь уставился на управляющую персоналом с тревогой.
– Что – голос?
– Голос точно был ее?
– Игорь, ты чего от меня хочешь? – Та возмущенно округлила глаза. – Чтобы я всех, кто работает в торговом центре, по голосам распознавала? Ты издеваешься?
– А как же тогда? С чего вы решили, что это именно Маша?
– С того, что она мне зачитала номер своего трудового договора и данные паспорта. Маша это была или ее подруга, уж то мне неведомо. – Женщина широко развела руки в стороны. – Но не думаю, что Мария Нестерова станет паспортами разбрасываться. Девушка она осторожная.
