– Ольга, – Ворланд попытался поднять меня на ноги, я слабо сопротивлялась, потом уткнулась ему в грудь и позорно разревелась. Он гладил меня по голове, шептал какие-то слова утешения. Но все было тщетно. Зачем быть самым сильным магом в Многомирье, если не можешь помочь тем, кого любишь?
Я слегка отстранилась и ударила в ненавистный мне ошейник на Грише всей мощью своей магии, вкладывая в этот удар всю боль и страх, которые накопились во мне за это время. Ослепительная вспышка озарила все вокруг белым невыносимым светом. Когда ко мне вернулась способность видеть, я поняла, что браслетов, как и ошейника на грифенке больше нет. Не веря своим глазам, вновь приложила ладони на его грудь и пустила магию свободно струиться в тело малыша. Я ничего не слышала, кроме стука собственного сердца.
– Давай, малыш, – умоляла я.
За спиной раздался голос Карниелы, она вновь начала читать заклинание. Мгновение. Еще одно. Я ощутила слабый толчок под пальцами. Потом он повторился, а еще через миг начало стучать постоянно и равномерно. Гриша вздохнул и открыл глаза.
Я подхватила грифенка, прижала к себе и стала осыпать его поцелуями.
– Миленький мой, – причитала я, – маленький, как ты меня напугал! Как ты сейчас себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
Он прижался ко мне доверчиво и тихонько вздрагивал.
– Его раны от браслетов нужно обработать, – сказала Карниела, – у меня есть мазь, которая ему поможет. Все быстро заживет. Да и на горле остался след от ошейника.
Я посмотрела на шею малыша. Действительно, магическая удавка до крови натерла ее. Бедняжечка, сколько он промучился?
– Перенеси его на кушетку, – попросила я Ворланда. Он очень осторожно поднял Гришу, переложил его, бережно расправил крылышки и вопросительно посмотрел на меня.
Карниела тихонечко вышла из комнаты. А меня накрыло. Я осознала, что все страшное позади и дала волю слезам.
– Что случилось? – кажется, я напугала своего телохранителя. Он притянул меня к себе, пытаясь утешить. От этого жеста слезы еще более бурной рекой покатились из глаз. Я ревела как маленькая. Мне было очень дорого то, что он меня просто жалел. Просто был рядом и всегда поддерживал. И я ему за это была благодарна. Видимо, просто очень устала.
– Все ведь хорошо, – не понимал бывший демон, – почему ты так расстроилась? – а я даже не могла ему ответить ничего, – Маленькая моя, храбрая королева, – услышала я хриплый голос над ухом. Замерла. Что-то прозвучало в этом… интимное, что ли, – я не могу видеть, как ты плачешь. За каждую слезинку мне хочется убивать. За твою улыбку можно создавать новые миры. Я готов на все, лишь бы ты снова улыбалась и была счастлива.
Я перестала плакать и подняла голову. Встретилась глазами с его стальным взглядом. А оттуда на меня вылилось столько нежности, что я опешила.
– Почему? – спросила я.
– Потому что я люблю тебя, и не могу видеть, как ты страдаешь, – я не успела переварить услышанный ответ, как он наклонился и нежно коснулся моих губ своими губами. Легкий, как прикосновение крыла бабочки поцелуй, и он резко отстранился от меня и отвернулся. А я… я смотрела в нерешительности на его широкоплечею фигуру и не понимала, как на все это реагировать.
– Прости, – услышала я через несколько секунд, – больше такого не повториться. – Ясно, что каждое слово ему давалось с трудом, – Я не должен был тебе этого говорить, я понимаю, что у меня нет даже сотой доли шанса. Я не претендую. Это ничего не меняет. Но одно могу сказать – ты не работа для меня, ты моя жизнь.
На этом он меня покинул. Просто ушел и все. Ошеломленная, я присела на краешек кушетки, где спал Гриша. Вот это да! И как теперь быть? Почему я раньше этого не замечала? Хотя, куда уж мне! Я не привыкла к вниманию к своей персоне от противоположного пола. Вот и от Рейя с Глебом долго шарахалась, все не могла поверить, что могу привлечь их как женщина. В груди снова заныло, как бывало всегда, когда я думала о муже. Но сегодня все иначе. Сегодня я спасла Гришу. Значит, и с него смогу снять браслеты. Ведь, Рейю тоже может стать вот так плохо в любой момент.
Карниела вернулась и принесла с собой несколько баночек с мазью и зельями.
– Карниела, – начала я разговор, – мы ведь можем теперь так же снять браслеты с Рейя?
Ведьма наносила мазь на шею грифенка. Она искоса глянула на меня.
– Думаю, что должно получиться, – она нахмурилась, что мне очень не понравилось, скорее всего, будет какое-то НО, – но…
Я же говорила!
– Но, боюсь, я одна тут не справлюсь, – со вздохом призналась моя двоюродная бабушка.
– Что для этого нужно? – подобралась я.
– Нужен весь ковен, много твоей крови и большой энергетический удар. То, что было сегодня – лишь разминка. Рейнард очень сильный маг. Тем более что сейчас в нем много демонической силы. Он будет сопротивляться. Потребуется в разы больше затрат, чем с Гришей.
Я задумалась.
– Сняв с него браслеты, мы разорвем связь с Маросом?
Теперь задумалась ведьма.
– Думаю, да, – она подняла лапу грифона, и начала обрабатывать мазью ее.
