И Конфетка вдавила в пол педаль газа. Пробуксовывая передними колесами, «восьмерка» с трудом набрала разгон и ткнулась – даже не ударила, а просто ткнулась – бампером в задницу «Нивы». И ведь почти получилось! Внедорожник начало разворачивать поперек дороги. Его водитель потерял контроль над машиной. Еще бы немного… Но за рулем «Нивы» был ас. Невероятным образом он сумел выровнять свой внедорожник. И белая «Нива» опять замаячила впереди. Света немного отстала и еще раз взяла разгон. «Восьмерка» опять клюнула носом в зад внедорожника. На этот раз без видимого успеха. И тут же водитель передней машины увеличил скорость, начал уходить вперед. Похоже, что гонки на выживание ему надоели.
«Значит, поедем быстрее? – Конфетка растянула в злорадной ухмылке разбитые губы. – Ладненько, ладно! Уважаю езду с ветерком. Быть может, на скорости мои попытки столкнуть тебя за обочину будут успешнее?» И она тоже надбавила ходу. Правая фара была разбита и не горела. Это здорово раздражало.
Перед оврагом, до которого оставалось не более трехсот метров, был крутой поворот, почти на девяносто градусов. Александр знал о нем и приготовился к тому, что сейчас предстоит вписываться в него с длинным заносом.
Конфетка не знала ничего ни о повороте, ни об овраге.
Она почти достала оторвавшуюся было «Ниву», когда ту вдруг развернуло поперек дороги и понесло вперед юзом. Перед поворотом Александр пустил свою машину в управляемый занос. У Конфетки при виде этой картины радостно екнуло сердце. «Что, все же не удержался, ас? Повело тебя? Вот и отличненько. Остается лишь вмазать тебе в бочину, и ты покатишься кубарем. Что мы сейчас и сделаем!» Света до упора выжала газ. Передние колеса «восьмерки» удачно поймали сцепление со скользкой дорогой, машина стремительно настигала белую «Ниву».
«Еще немного! Сейчас! Хана вам, мужики! Я ж говорила, что от меня не уйти!»
Перед самым поворотом, перед крутым склоном оврага «восьмерка» достала потерявшую скорость «Ниву», сильно ударила в бок, толкнула…
Поворот! Склон оврага, почти вертикальный обрыв!
Две машины – белая «Нива» и синенькая «восьмерка» обрушились вниз!
«Нива», два раза перевернувшись, пролетела метров пятнадцать, прежде чем с размаху вмазалась крышей в ствол дерева. Дерево вздрогнуло, с веток посыпались хлопья мокрого снега. Крыша внедорожника оказалась почти полностью вдавленной внутрь. Остаться живым, находясь в салоне, было немыслимо. Но это еще не все. Прекратившая было падение после столкновения с деревом «Нива» вновь заскользила по склону, ткнулась еще в одно дерево, совершила еще один кувырок и наконец замерла, завязнув в густом малиннике.
Полупустой бензобак взорвался приблизительно через десять секунд, и внедорожник охватило ярким оранжевым пламенем. Зарево можно было видеть, наверное, даже с шоссе, по которому «Нива» недавно проехала. Правда, смотреть на это красивое зрелище было некому – на этом шоссе по ночам почти не бывает машин.
«Восьмерка» упала с обрыва удачнее. Перевернувшись лишь один раз, она, как и «Нива», пролетела метров пятнадцать, прежде чем на пути тоже встретила дерево. В отличие от внедорожника «восьмерка» врезалась в него не крышей, а бампером. Передняя часть машины сложилась гармошкой, лопнуло и посыпалось мелкими осколками стекло. «Восьмерка» медленно опрокинулась на крышу и на ней съехала вниз по скользкому склону, пока ни наткнулась на еще одно дерево. Перевернулась на колеса и замерла. Буквально метрах в десяти от нее застряла в кустах белая «Нива». Пока еще не охваченная огнем. До взрыва оставались считанные мгновения.
Конфетка не знала, сколько времени провела без сознания. Но похоже на то, что недолго. Очнулась как-то сразу и, еще не ощутив боли, первым делом удивилась, что, несмотря на разбитый всмятку капот, где находится аккумулятор, в машине продолжает играть магнитола. «Гуано Эйпс», тот альбом, где они вместе с «Апокалиптикой». Вторая мысль была о том, что откуда-то здорово воняет гарью. «Если это в машине тлеет проводка, то хреново, – подумала Света. – Да ладно!»
Странно, но она все отлично помнила. Все-всевсе, до мельчайших подробностей! То, как весь день и часть ночи следила за прокурором. То, как по скользким дорогам преследовала белую «Ниву». То, как столкнула ее в какую-то пропасть, и какой испытала ужас, когда осознала, что летит в эту пропасть следом за ней. И вот результат: «восьмерка» всмятку, Муха черт знает где – жив ли, подох ли, неизвестно. И совершенно неясно, что теперь делать. Вернее, ясно одно: первым делом надо вылезать из разбитой машины и выбираться из этой дыры, в которую ухнула вместе с машиной.