– Псих какой-то! – недовольно процедил его двоюродный брат и, сунув в рот сигарету, надавил на прикуриватель. – Кружится вокруг, будто муха вокруг сортира…
Прокурор машинально отметил, что сравнение неудачное.
– …Сперва несся как сумасшедший. Догнал. Обогнал. Ну и езжай себе дальше. Дык нет же! Ударил по тормозам – и вот снова он позади. Плетется прямо за нами. А чего, спрашивается, плестись? На кой леший мы ему сдались?
Муха ощутил неприятный холодок внутри. «Сдались, сдались, – тут же острым ножом вонзилась в мозг страшная мысль. – Ему нужен я! О, Господи, это за мной! Это Разин! Но как же он выследил?!»
– Блядь, да выключи ты дальний свет! – раздраженно прошипел Александр, шевеля зажатой в углу рта сигаретой. – И чего прицепился? Остановиться мне, что ли? Харю намылить тебе? Дык вон, пожалуйста!
– Саня, даже не думай, – дрожащим голосом пробормотал прокурор. – Не останавливайся. Это по мою душу. Помнишь, тебе рассказывал?
– Чё? – не понял его Александр.
– Ну, про бандюгу, который хочет мне отомстить. Из-за которого я сейчас здесь.
Еще минуту назад отличное после «Чивас Ригал» настроение резко сошло на «нет». Более того, Муху теперь переполнял животный ужас. Его начало заметно трясти.
– А-а-а, ты об этом. Да брось! – беспечно произнес Александр. – Откуда ему здесь взяться, этому твоему?… Вот мы сейчас, – чуть опустив стекло, он выкинул в узкую щель недокуренную сигарету, – будем сворачивать с трассы, дык и посмотрим. Коли и дальше попрется за нами…
Александр не договорил, включил указатель левого поворота и, перейдя на третью передачу, длинно и виртуозно выругался. «Восьмерка» и не думала идти на обгон его, сбросившей скорость, машины. Две ярких фары почти уперлись в «Ниву».
– Ах, ты так? Ну, ладно. Посмотрим.
«Нива» свернула на узкое шоссе, по которому и днем-то дай Бог дождешься одну машину в четверть часа. А уж о ночи и нечего говорить.
«Ну, гад! Если и сейчас попрешься за нами, то это не совпадение», – решил Александр и с интересом посмотрел в панорамное зеркало.
«Восьмерка» сворачивала следом за «Нивой».
Машину, в которой куда-то везли прокурора, Конфетка настигла через пять километров. Обогнала, убедилась точно, что это именно белая «Нива», и, притормозив, вновь пропустила ее вперед.
Итак, впереди нее, не спеша, катила тачка, которую она так стремилась настигнуть. Что это именно та, Света даже не сомневалась. Вряд ли на коротком участке ночного Таллиннского шоссе можно встретить сразу две белых «Нивы». Одним словом, своего Конфетка добилась.
«Ну а что дальше? – тут же закралась в мозг злая мыслишка. – Преследовать их на пустынной дороге, значит сразу же обозначить себя. А не этого ли ты так опасалась?! В общем, знаешь, красавица, ты круглая дура! Если уж решила показать прокурору, что за ним ведут наблюдение, так ни проще ли было набить ему морду прямо в Бегуницах и, еще тепленького, передать Знахарю. Или не заморачиваться с захватом „восьмерки“ и с ралли по скользким дорогам, поступить так, как планировала изначально, – дать Мухе спокойно уехать, а потом через его приятеля узнать, где он находится. А теперь неизвестно, чем закончится все, что ты замутила, дуреха. Что ждет тебя там, куда направляется белая „Нива“? Вдруг взвод спецназа? Вдруг Муха вооружен, и, не задумываясь, замочит тебя, безоружную, где-нибудь в тихом местечке? Короче, попала! О, распроклятье! И почему надо было из всех возможных путей выбрать наиболее сложный?! Но делать нечего, раз вцепилась именно в эту лямку, так изволь тянуть ее до конца. Сдохни, но захвати прокурора живым или мертвым. Иначе этот мусор зашхерится так, что его не достанешь и через дружка – того, что живет на пятом этаже в пропахшем кошаками подъезде».
– У-у-у, идиотка! – в сердцах ударила Света кулаком по рулю. И, чтобы хоть немного отвлечься от неприятных мыслей, воткнула в магнитолу кассету. Какая-то тягучая восточная мутота. И здесь обломы. – Почему же мне так не везет! – И она напряглась, потому что «Нива» вдруг резко сбросила скорость, включила сигнал поворота и перестроилась влево.
«И куда их несет? – Конфетка облизала разбитые губы. – Может быть, не затягивать эту чертову слежку? Обогнать „Ниву“, подрезать, заставить остановиться. Нейтрализовать водителя, выковырнуть наружу Муху. Вырубить. И везти обратно в Бегуницы, где сейчас уже должен быть Знахарь. Наверное, мечется по поселку, ищет меня. А я здесь. Катаюсь на чужой машине, слушаю дурацкий восточный фольклор… Да, все. Решено. Обгоняю, подрезаю, беру прокурора. И пропади все оно пропадом!»
Света надавила на педаль газа. Но «Нива» тоже надбавила ходу, увеличила скорость с восьмидесяти до ста двадцати.