– Ga! – поздоровался я на диалекте древнекитайского, причем я совершенно точно его не изучал. А вот Амацу-сенсей своему ученику в том числе и языки преподавала. “Для развития памяти”, как она говорила.
– Братик, ты сейчас своим ушам не поверишь! – волнение в голосе Тики невозможно не заметить, а значит, я прав в своих предположениях. Но в то же время нет ни злости, ни паники. – Папка на свиданку собирается! И счастливый притом, как Дандо-сама, когда мышь поймает. Очуметь новость, да? Познакомился сегодня утром с одной тетенькой и на танцы для стариков её ведет. Прикинь, будет нам с тобой мачеха!
Браво, Кагами-сан! Действительно, зачем выдумывать сложные и малоправдоподобные объяснения тому, где ты пропадала все эти годы, когда можно взять другое имя и выстроить отношения с нуля?
– Отличная новость, – почти не покривил душой, когда сказал. – Ты после нового года в школу вернешься, а папе все не так скучно будет. Кто она такая? Если только познакомился, то, значит, приезжая? Соседей ведь вы с папой всех знаете.
– Дальняя родственница Китагавы-сан, ну, медсестры, такой страшной бабки. Ты ее знаешь, она к тебе с температурой приезжала. Папка ее сегодня на чай пригласил. Типа она вся замерзла и почти простыла, а если в чай добавить мёд, это помогает. И пока они чай пили, я в сумочке ее документы посмотрела. Инаримико Канами. Фамилия, как у какой-то потомственной жрицы! Но на фоточке ничего так, симпатичная для своих пятидесяти трех. Как думаешь, мне надо ей проверку устроить? Вдруг она хищница и на папину ферму нацелилась?
Я бы повменял матушке за отсутствие фантазии, не позволившее придумать имя, сильнее отличающееся от предыдущего, но это будет лицемерием. Хидео-сан использовал имя “Макото” в половине случаев, когда требовалось кому-то представиться.
– Дай ей шанс, вдруг вы поладите. А если нет – ты все равно сейчас живешь у меня, а в следующем учебном году будешь выбирать старшую школу.
– И я ее выберу не в деревне, братик. Тут клёво, но у меня амбиции на Пулитцеровскую премию. Вот как она называется! Как бы и школы в Кофу мелковаты для меня не оказались. Но это пока не точно.
Бедняга Синдзи-кун. Он-то, возможно, надеялся, что Тика вернется не только на каникулы, но и на все три финальных года обучения. Придется ему помочь и оплатить учебу поближе к моей сестренке, если примет помощь. У деревенских мальчишек тоже есть гордость и ее стоит уважать.
– В таком случае попробуй подружиться с Инаримико-сан. Хотя мы еще не знаем, насколько все серьезно.
– Братик, ты за дурочку меня не держи. Я по взгляду папкиному поняла, что запал он на эту тетеньку. А в обратную сторону – само собой разумеется. Папка у нас же крутой. Да на него половина деревенских тетенек в возрасте облизывается, но он у нас честный, с замужними шашни крутить не станет. Так-то я с Ханой-сан их свести подумывала… но она нашему папке слишком молодая.
Похоже, всем кицунэ в голову схожие мысли приходят. Хотя ничего странного, мы же родственники.
– Мы с Мияби приедем к вам в гости в субботу, – известил я. Приехали бы независимо от появления Кагами-Канами. Нужно ведь проконтролировать папино здоровье. Да и погулять по округе, позволив невесте подышать чудесным горным воздухом, очень хочется.
– Круть! Бери с собой еще и Ринне, и сестренку Ёрико… хотя нет, ее, наверное, привозить уже перебор. Что соседи подумают? Начнут говорить, что ты развратник. Никто же не поверит, что это всего-то наша с сестренкой Мияби подруга. Точняк, привози тогда еще и сестренку Анушу. Пусть вся деревня завидует тому, что у мого братика гарем! Только Мияби мою шутку не пересказывай. Лады? А то уши мне надерет.
Мне совершенно точно нужен посох. Не представляю, как еще возможно воспитывать всех этих малолетних лисиц. Шутка, конечно. Я убежденный противник любого физического насилия.
– Я бы съездила, никогда не была в японской деревне, только в городах, – не постеснялась влезть в разговор Ануша. Она знает, что я не обижусь и с сестренкой отличной ладит. – Только, пожалуйста, без гарема. Сандо у меня ревнивый. И уже на больших выходных, пожалуй.
– Ну вы скучные… – протянула Тика-тян. – Ладно, там меня папка зовет, кажется, ему надо что-то с пиджаком сделать. Прикиньте, как прихорашивается! Так прикольно за ним следить!
Захотелось поделиться с Анушей информацией о том, что таинственная Канами – на самом деле моя мать, но это было бы опрометчиво, так как Махараджако непременно поделится с Мияби. Та с сестренкой, Тика с папой и всё, от конспирации не останется вообще ничего. Придется еще и о собственной мистической природе рассказывать, а это, как шепчет интуиция, пока что преждевременно.
Хотя Цуцуи я рано или поздно всё про себя расскажу. Возможно, даже до свадьбы стоит. И не удивлюсь, если умная девушка и сама уже что-то заподозрила. Маленькие крошки потустороннего повсюду вокруг меня с самого момента нашего знакомства.
