— Ты наверняка считаешь дни до того момента, когда сможешь выйти за ворота храма, Кагами-тян. Не так ли?
— Эти стены наполняют мою душу божественным светом, но внешний мир манит, не буду скрывать. В нём столько нового за эти годы появилось! И, может быть, моя любимая манга One Piece выходить закончилась. Так интересно, чем! Не сочтите за жалобу, но если бы храм позволял выписывать журналы, пребывание в его стенах было бы еще более просветляющим.
— Ох уж эта молодость, — Хикару снисходительно похлопала воздух перед собой, наверняка представляя под ладонью голову собеседницы. Воображала! По сравнению с былыми древними лисами она не меньшая девочка, чем сама Кагами. — Чем планируешь заняться после того, как опечалишь нас воим уходом?
«После того, как освободишься из заточения», следовало бы сказать, но поправлять она, безусловно, не стала.
— Найду свою дочку. Подружусь с ней… может быть, скажу ей полуправду, что очень хотела быть рядом все эти годы, но решала не сама. И с сыном познакомлюсь. Я видела его по телевизору. Далеко не красавец, но такой уверенный в себе — приятно поглядеть.
— Ты проверишь свою дочь на наследие Инари. И если выяснится, что в ней достаточно священной крови, отведешь в ближайший храм, — то была не просьба, а прямой и недвусмысленный приказ. — Пусть служит добровольно, раз в неделю. Запирать и перевоспитывать ее наверняка пока еще не за что. Взамен же… я скажу тебе точный адрес ее опекуна.
Сердце сжалось. Отдать добровольно свою дочь проклятой богине… но не на пятнадцать лет же, а на несколько часов в неделю. Приемлемо с почти любой точки зрения. Даже захотелось, чтобы девочка оказалась самой обычной. Хотя нет… быть вечно молодой лисой намного лучше, чем простой человечкой.
— Очень разумное предложение, Хикару-сама, я с радостью в сердце принимаю его.
Настоятельница назвала адрес. До боли знакомый. Это же ферма Хиро-сана!
— Да-да, по твоему лицу вижу, что ты поняла, Кагами-тян, — широко улыбнулась настоятельница. — Сейчас твою дочь зовут Ниида Тика, ее опекун — родной отец, по результатам генетического теста. Ты же в курсе, что это такое и как современные технологии определяют степень родства?
Какое замечательное имя! Как будто бы она сама придумывала! Тика-тян — чудесно звучит!
— В ток-шоу про это часто говорят, — выдала Кагами один из немногочисленных источников знаний о современности. Тридцать лет назад такого еще не было. Тогда генетические лаборатории воспринимались чем-то невероятно дорогим, для богачей. — Спасибо, что передали дочку Хиро-сану. Так намного лучше, чем если бы она оказалась у чужаков.
— Нет-нет, отец сам ее разыскал, в Токио. Такое вот счастливое совпадение. Должно быть, Инари-сама ему благоволила.
— Несомненно так, — опять спрятала глаза треххвостая. — Хиро-сан — он особенный! В нем есть огромная внутренняя сила. Никого еще с настолько же большим сердцем не встречала.
— Ох, ты даже не представляешь, насколько. Мы все заинтересовались и провели небольшое расследование. Я лично часть информации в архивах разыскала. Тебе интересны результаты?
— Безусловно! Ведь это мой мужчина, я хочу знать про него всё. Но что там может быть? Хиро-сан — обычный небогатый фермер. Честный, как бодхисаттва. И его отец был таким же.
— А дед? Что ты знаешь о деде Нииды Хиро?
— Ничего… мы не генеалогическое древо с ним обсуждали.
— Понимаю-понимаю. Молодость, гормоны, — госпожа настоятельница правдоподобно изобразила толику смущения. — Деда твоего мужчины знали под разными именами. Фудзита Макото, Тадаши Макото, Цукино Тенкай…
— Художник⁈ Я, кажется, слышала о нём, он…
— Он преступник! — жестко припечатала стерва Хикару. — Мошенник и негодяй, за которым больше века безуспешно охотились все храмы страны Ямато. Ученик худшей из кицунэ после отступницы Тамамо-но-Маэ. Я была совсем юной девочкой, когда та устроила настоящую резню в храме в Киото. К счастью, о ней позаботились. А ее ученик оказался в Хиросиме в тот самый день, когда американцы сбросили свою бомбу. Карма настигла его.
— Внук не может отвечать за преступления деда… но получается, что…
— Именно! Теперь ты понимаешь, откуда взялись ваши дети? В Нииде-сане есть толика божественной крови. Сына твоего мы проверяли трижды. В шестнадцать, двадцать два и тридцать. Ни единого признака наследия Инари. Обычный толстый увалень, обожающий рамён и сладкое. Ему повезло. Дочерью ты займешься сама. Приглядись к ней. У девочек шансы всегда выше…
Характеристика Макото-куна ее обидела. Может, он и чуточку полноват, но никак не увалень. Да какое право эта молодящаяся старуха имеет так про ее драгоценного сыночка говорить⁈
— Будет исполнено, госпожа, — склонилась Кагами. Еще одна уловка, чтобы спрятать взгляд. Хотелось немедленно схватить девочку и уехать из страны. В Китай, в Америку, в заснеженную ледяную Сибирь — неважно куда, лишь бы подальше от этих храмов и перевоспитания.
