Отец тяжело вздохнул и отошел от меня к окну. Так он стоял, отвернувшись от меня, несколько минут. Затем сел за стол и кивнул мне на стоящее напротив кресло, предлагая сесть.
- Хорошо. Лично я разрешу тебе участвовать. Но брать тебя в группу или нет, будет решать другой человек, - проговорил отец, теребя в руках перо.
- То есть ты так хочешь переложить на другого отказ мне? – гневно спросила я.
- Этот человек не послушает меня, если посчитает, что твоя кандидатура будет более подходящая, чем кандидатура Нины Глебовой, - проговорил отец, посмотрев на меня из-подо лба.
- Кто этот человек? – поведя бровью спросила я.
- Я вас познакомлю через пару часов, когда он приедет сюда, - уклончиво ответил отец.
- Спасибо, папа, - с облегчением проговорила я.
- Оля, операция опасная. Очень опасная. У тебя есть два часа на раздумья. Далее я подпишу твое назначение параллельно с Глебовой и дороги назад не будет, если тебя утвердят на это место.
- Папочка, ты же знаешь, что я ничего не боюсь. Ты хорошо меня воспитал. Кроме того, я военный переводчик и мое образование предусматривало то, что я могу оказаться на задании, которое, возможно, будет последним для меня. Хоть за два часа, хотя за два дня, я не передумаю. Я все решила для себя еще тогда, в больнице. И я очень рада, что ты понимаешь меня и даешь добро. Спасибо тебе, - проговорила я и слезы потекли по моим щекам.
- Рано говорить спасибо. Ты еще никуда не едешь. Я же тебе сказал, что не я буду решать, будешь ты в составе группы или нет, - строго проговорил отец, но по его глазам я видела, что он очень был расстроен тем, что я приняла такое решение. – А теперь иди к себе и жди. Секретарша вызовет тебя, когда будет необходимо, - добавил он, и я, чмокнув его в щеку, помчалась на первый этаж.
Зайдя в кабинет, я подошла к столу Вали и положив ей на плечо руку проговорила:
- Ты извини меня, что я так разговаривала с тобой. Просто я, когда увидела папку и поняла, что отец решил утаить от меня то, что отправляет людей в Краков, просто не могла совладать с собой.
Валя отодвинула стул и внимательно посмотрела на меня.
- Оля, ты вот даже в такой ситуации, как ты говоришь, не смогла совладать с собой. Как ты хочешь тогда участвовать в операции, где каждая секунда завязана на умении владеть собой? Разведчик не имеет права на эмоции, Оля.
- Ты права. Но я смогу, я знаю, - уверенно ответила я и села за стол.
- Ты хочешь отомстить. Я понимаю. Но не лучше ли будет сделать это руками людей, которые более владеют собой и трезво смотря на ситуацию? – все таким же строгим тоном проговорила Валя.
- У меня личное. Я не смогу жить, если буду знать, что я могла отомстить и упустила этот шанс, - сухо кинула я в ответ девушке.
- Как знаешь, - пожав плечами ответила Валя и грустно вздохнув занялась своими делами.
Я тоже погрузилась в свои бумаги и два часа пролетели как одна минута. К нам в кабинет зашла секретарша моего отца и пригласила меня зайти к нему. Быстро вскочив я помчалась на второй этаж. Постучавшись, я зашла к отцу и села напротив с немым вопросом.
- Скоро подойдет, - ответил он, как обычно словно читающий мои мысли. – Не передумала? – спросил он строго.
- Нет, наоборот, - едва сдерживая улыбку ответила я.
- Ну-ну…, - окинув меня неодобрительным взглядом проговорил отец и закурил трубку у окна.
Спустя несколько минут я услышала шум приближающихся шагов и повернула голову к двери, нахмурившись при этом. Уж больно очень знакомым был четкий, размеренный звук отточенной походки, эхо которой доносилось из коридора. Спустя мгновение дверь открылась, и я в изумлении открыла рот. На пороге стояла высокая, стройная, подтянутая фигура…моего преподавателя по военному делу и немецкому языку в университете. Мужчина строго посмотрел на меня своими голубыми глазами и нахмурившись перевел взгляд на моего отца.
- Проходи, Андрей Владимирович, пожалуйста, - с улыбкой проговорил отец, жестом указывая на кресло.
- Здравствуйте, - поздоровался мужчина и занял место подле меня.
- Да ладно, папа! Поэтому ты так и сказал, что решать не ты будешь! Ведь знал, что операцией руководить будет он, - в ужасе посмотрев на мужчину проговорила я, встала с кресла и подошла к окну.
- Оля, успокойся, - строго сказал мне отец и сел за стол.
- Какое успокойся! Ты знал! Мало того, ты предвидел, что я захочу поехать и поэтому назначил его руководить! Ты же знал, что он никогда не одобрит мою кандидатуру. Ты знал! Как ты мог! Ты даже не сказал мне сегодня, что он будет в группе главным! – едва сдерживая эмоции проговорила я.
- Ольга Александровна, сядьте и успокойтесь! – тоном, не принимающим возражения, строго сказал мужчина и резко кивнул головой на кресло, давая мне понять, чтобы я села.
- А вы вообще молчите! – возмущенно проговорила я, гневно сверкнув глазами в сторону своего бывшего преподавателя.
- Ты как себя ведешь со старшим по званию, Ольга! - взревел отец и я, не ожидая от него такой реакции, замолчала и молча села подле мужчины.
